Младший выпрямился.
— Невозможно. Шестой этаж контролирует все петли. Они следят за каждой временной линией.
Старший поднял глаза. В его взгляде было усталое знание того, что он произносил не гипотезу, а факт.
— Мы тоже так думали. Но шестой этаж утверждает, что не при чём. Они потеряли доступ первыми.
— Потеряли? — повторил младший почти шёпотом. — Тогда кто?..
— Никто не знает, — отозвался старший. — Или, точнее, никто, кто остался в пределах этой линии времени.
Он подошёл ближе к стеклу и посмотрел вниз, туда, где между небоскрёбами блестели огни машин.
— Мы живём внутри замкнутого слоя. Всё, что происходит сейчас, — эхo уже произошедшего. Но если прошлое заблокировано, петля замыкается. А это значит, что времени, в привычном смысле, может больше не существовать.
Младший почувствовал, как по спине пробежал холодок.
— Что прикажете делать?
— Лететь, — коротко ответил старший. — В Мексику.
— К Алехо и остальным?
— Да. Но не ради них. В районе Мачу-Пикчу есть точка пересечения — старый портал временной связи. Когда-то через него передавались сигналы с шестого уровня. Сейчас он спит, но, возможно, именно там осталось хоть какое-то соединение с верхними слоями.
Он сделал паузу, разглядывая отражение младшего в стекле.
— Там могут быть они. Или то, что притворяется ими. Возможно, отражение из другой фазы. Там грань между хранителями и создателями почти стёрлась.
— Вы думаете, они — одно и то же?
— Думаю, что теперь уже никто не способен отличить одно от другого.
В комнате стало тихо. Только гул ветра за стеклом и далёкий шум города, где тысячи людей спешили, не зная, что где-то наверху решается вопрос не их жизней, а самой природы времени.
Старший наконец оторвался от окна.
— Вылет в 14:30. Мы задержали рейс. Лети без опознавательных знаков, без лишних следов. На месте свяжешься со мной по внутреннему каналу у подножия гор. Если портал ещё активен — войди. Если нет… — он замолчал, будто не решаясь продолжить.
— Если нет? — осторожно спросил младший.
— Тогда, возможно, времени действительно не осталось. Ни для нас, ни для них, ни для всего, что было когда-либо названо историей.
Он отошёл к столу, взял из ящика старую флэшку с гравировкой “XVI / Clavis Creatoris” и передал её младшему.
— Это ключ. Копия кода Болтона может он вам понадобится, если, кто дойдёт до конца линии.
Младший взял флэшку, чувствуя, как от неё идёт слабое тепло.
— И ещё одно, — добавил старший, глядя ему прямо в глаза. — Не доверяй никому, кто говорит, что знает, где начало. В этом мире даже начало может быть симуляцией.
Он отвернулся к окну. За стеклом Москва-Сити горела в свете рассвета, словно сама готовилась исчезнуть из времени.
А младший уже знал: впереди — путь, в один конец.
Глава 49. Анна и Болтон (5/4 π)
Они шли по тропе, ведущей вниз, к городу, где мерцали редкие огни.
Вечер был тёплым, пахло влажной землёй и листвой. Над головами звёзды мерцали особенно ярко — будто кто-то разбросал по небу россыпь крошечных фонариков, освещая путь тем, кто давно перестал искать дорогу, но всё ещё шёл.
Тропа извивалась между огромных камней, покрытых мхом. Где-то вдали журчал ручей, и ветер нес с гор запах ночных орхидей. Болтон шёл чуть позади, глядя, как в свете луны блестят серебристые пряди волос Анны. Он знал: если она решила идти — значит, её расчёты чего-то стоят. Но всё же тревога не отпускала.
— Анна, ты уверена, что нам нужно именно туда? — спросил он, догоняя её.
Она не сразу ответила. Остановилась, взглянула на юго-запад, где между скал блеснул огонёк далёкого посёлка, и только тогда произнесла:
— Уверена. Я всё просчитала. Вероятность найти там ключ — около семидесяти процентов.
— А если попадём в оставшиеся тридцать? — спросил он. — Потратим время впустую.
Она пожала плечами. Луна отражалась в её глазах, делая их почти прозрачными.
— Время не бывает потрачено впустую, если оно прожито осознанно.
— Философия? — усмехнулся Болтон.
— Математика, — ответила Анна. — Во Вселенной всё движется к равновесию. Если идти в одном направлении достаточно долго — обязательно найдёшь то, что ищешь.
— А если сидеть и ждать? — уточнил Болтон.
— Тогда тебе это тоже принесут, — сказала она с мягкой улыбкой. — Но только при одном условии: если время бесконечно.
Она остановилась и посмотрела прямо на него.
— В нашем случае оно, увы, конечное. И его немного.