Болтон хотел что-то сказать, но промолчал. Ветер усилился, листья зашуршали, и они пошли дальше, погружённые каждый в свои мысли.
Когда добрались до города, над крышами уже висел туман — плотный, как молоко. Фонари светили тускло, не разгоняя мглу, а только подчеркивая её вязкость. На углу стояла старая гостиница с облупившейся вывеской Casa del Sol.
Хозяин, пожилой перуанец с седыми усами, поднял голову от стойки, увидев их, и присвистнул:
— Вот ещё актёры из «Зуба дракона»! Ваш брат утром ушёл в горы со всей съёмочной группой, но про вас ничего не говорил.
— Ничего страшного, — спокойно ответила Анна. — Мы знаем, куда идти.
Он уставился на неё, словно не веря глазам.
— Мадам, вы заслуживаете только лучшего номера, — произнёс он торжественно. — Президентского!
Президентский номер оказался двухкомнатным — в обычной трёхзвёздочной гостинице. Обшарпанный ковёр, старое пианино у окна и несколько ваз с увядшими розами, источавшими запах тоски и старых праздников. Из крана текла мутноватая вода с привкусом железа, свет моргал, как будь то лампы устали светить, и вот, вот объявят забастовку.
Болтон усмехнулся, скинул рюкзак и прошёлся по комнате, заглядывая в углы.
— Ну что ж, нормальное место, чтобы выспаться, — сказал он.
Анна поставила сумку на стол и молча кивнула.
— Ионного душа, правда, нет, — добавил Болтон, открывая дверь в ванную, — но есть обычный минерализованный с бурой жидкостью. И на том спасибо. Главное — тепло и закрытая дверь.
Он вернулся, уселся в кресло и потянулся.
— Знаешь, — сказал он, глядя на неё, — иногда думаю, что мы просто актёры, играющие роли, которых никто не писал.
Анна улыбнулась краешком губ.
— Может, так и есть. Только сценарий у нас один на двоих.
Он молчал некоторое время, глядя, как она развязывает волосы, и тихо добавил:
— Завтра пойдём по следу Болтона номер один.
Она подняла голову.
— Ты уверен, что нам надо найти его, а не самим продолжить поиск входа в портал?
— Он оставил слишком много намёков. Слишком чётких, чтобы их игнорировать, — сказал Болтон. — Похоже, он тоже кое-что знает. Может, даже больше, чем мы.
Анна подошла к окну. Снаружи ветер гнал облака, и в просветах виднелись звёзды. Они казались близкими — почти достижимыми.
— Пять четвёртых пи, — тихо произнесла она.
— Что?
— Это соотношение орбиты и угла спирали, на которой строился первый нейтринный канал. Я проверила — Мачу-Пикчу лежит на одной из таких кривых. Если он там был — значит, путь повторяется.
Болтон посмотрел на неё с интересом.
— Ты говоришь, как будто сама создавала эти уравнения.
— Возможно, когда-то и создавала, — ответила она с усталой улыбкой. — Или была частью тех, кто их написал.
Она выключила свет, и в комнате остался только отблеск луны, падавший на старое пианино. В этой тишине Болтон понял: всё действительно только начинается.
И если где-то в горах ждёт “ключ” — то, возможно, именно он откроет путь к тому, что называют вечностью.
Глава 50. Поиск
Утром Анна разбудила Болтона в четыре. Солнце ещё не показалось — за острыми пиками гор висела глубокая синеватая тьма. Они тихо выползли из гостиницы; администратор ещё спал за рецепшеном, в коридоре пахло влажным кофе и пылью.
Тропа взбегала в гору зигзагом. Они шли быстро, почти не останавливаясь: темп задавал Болтон — его выносливость и пределы тела. Анна шла вперёд, лёгкая и быстрая, оглядывала горизонт и иногда посмеивалась над Болтоном, который всё пытался дёрнуть за бинокль на поясе — а бинокля там не было.
Через шесть часов путь начал отдавать усталостью в ногах, но Анна вдруг остановилась и сказала коротко:
— Стоп. Я вроде вижу их.
Вдалеке, на гребне, едва различались силуэты.
— Четырнадцать, — прошептала она. — Должно быть семнадцать. Где ещё трое?
Едва она произнесла эти слова, как трое появились — словно возникли из воздуха, неоткуда. Три фигуры — высокие, в светлых доспехах, мягко отражающих утренний сумрак. Они подошли бесшумно, словно шагая по снегу из ваты, их движений не было слышно.
Один из них — самый здоровый, крепкий, с булавой в руке и в мятых латах — заговорил первым:
— Кто вы?
— Я — Болтон, — ответил он просто. — А это Анна. Она со мной.
Третий, тощий и длинный, писклявым голосом спросил:
— И что с ними делать?
Здоровяк пожал плечами, взгляд его скользнул по лицам.
— Их надо доставить к Кривому Джо, — сказал он. — Пусть он решает. Он точно знает, что надо делать.