— Пока! — пропела подруга и рассмеялась, отключаясь.
— Тебе следует воспользоваться советом Эйдин и трахнуть меня.
Как романтично.
— Заткнись, Ромео, — проворчала я, скрещивая руки на груди.
Он лег на кровать и похлопал себя по своему прессу.
— Не стесняйся набрасываться на меня в любое время.
Я зажмурилась и убедила себя не бить его по яйцам.
— Почему ты велел Эйдин выгуливать Шторма два раза в день? Он не твоя собака!
— Разве мы не обсуждали, что есть мы, до тех пор, пока услуга не будет оказана?
Я сжала переносицу двумя пальцами.
— Есть мы или нет, он мой ребенок и...
— Он собака, Кила, собака.
Я зарычала:
— Я больше уважаю эту собаку, чем тебя, кусок дерьма.
Алек рассмеялся.
— Ни разу в жизни не видел такого проявления глупости.
Что?
— Извини?
Алек поднялся с кровати, встал передо мной и посмотрел в глаза.
— Я забочусь о твоем ребенке. Если ты хочешь, чтобы он прожил долгую жизнь, прими мой совет и помоги ему стать здоровым.
Я держала язык за зубами. Насколько я не хотела, чтобы Шторму было некомфортно, проверяя его пределы, все же я действительно хотела, чтобы он был здоров.
Опустив плечи, я вздохнула. — Да, хорошо, ладно.
Я опустила взгляд и закрыла глаза. Улыбнувшись, когда почувствовала руки Алека, обнимающие меня. Он прижал меня к себе, и благодаря тому факту, что он был без футболки, я нисколечко не возражала.
— Ты хорошо обнимаешься, — пробормотала я, притягивая его за талию.
— Знаю, — ответил он.
— Ты чертовски дерзкий.
— Скажи "член" еще раз (прим. пер. – с англ. сocky – дерзкий и cock – член).
Я рассмеялась и отошла от него, направившись к окну. Выглянув в него, я завизжала и повернулась, когда услышала смех Алека.
— Ты не можешь быть так возбуждена из-за вида из окна.
Я уставилась на него.
— При всем моем уважении к родине, приятно видеть что-то, кроме гор. Здесь солнечно и океан всего в двух минутах от нас. Я удивлена, что до сих пор не взорвалась от возбуждения, ведь это мой первый отпуск!
Алек покачал головой, пододвинув чемодан к стене рядом со шкафом.
— Это неправильно по многим причинам. Твои родители не брали тебя с собой в отпуск, когда ты была ребенком?
Я тут же нахмурилась.
— Моя ма часто ездила в отпуска, а я оставалась дома с Микой, ее мачехой и отцом, потому что ма запрещала мне щеголять в бикини, пока я не буду выглядеть соответствующе стандартам, — я замолчала и резко покраснела.
Не могу поверить, что чуть не проболталась ему о том, на каком коротком поводке я была у своей матери раньше.
— Где твой отец? — спросил меня Алек, не обращая внимания на то, что я прервалась на середине предложения.
— Мой па? Не знаю, я никогда с ним не встречалась.
Он кивнул, но больше ничего не сказал.
Тишина растянулась на несколько минут.
— Хочешь пойти на пляж или просто остаться здесь до вечера? — спросила я, не глядя на него.
— Конечно.
— Конечно на пляж или остаться здесь?
— Очевидно, что на пляж, — ответил он, оглядываясь на номер, будто предложение остаться здесь было шуткой.
Я закатила глаза, мне очень понравился номер, я считала, что он великолепен.
— Хорошо, тогда ты переоденешься в ванной, а я здесь.
Алек кивнул, открыл чемодан, схватив первое что попалось под руку и направился в ванную. Я заглянула в шкаф и выбрала то, что захотела надеть, затем повернулась к кровати, ударившись при этом пальцем ноги о его чемодан и пронзительно закричала.
— Что такое? — крикнул Алек, выбегая из ванной с тюбиком зубной пасты в правой руке, словно это оружие.
Я упала на кровать, сжимая ногу.
— Я повредила палец.
— Мы не пробыли здесь и пяти минут, как ты уже причиняешь себе боль? — с досадой огрызнулся Алек.
Я села, готовая высказать ему все, что думаю, но замерла, когда заметила скульптурный торс прямо перед собой. Я не шутила — шесть кубиков пресса смотрели мне прямо в лицо. Клянусь, его пресс был очень хорошо накачан.
— Смотри выше, милая, — произнес Алек, забавляясь.
Я очнулась от транса и быстро посмотрела наверх.
— Я не пялилась на тебя. Твое тело было практически на моем лице, и это до сих пор так, поэтому отойди от меня и дай немного личного пространства.
С усмешкой на лице он сделал, как я просила.
Я непроизвольно опустила глаза и прочитала «Calvin Klein» Он был в одних боксерах!
— Боже мой! — ахнула я, закрыв глаза ладонями и упала обратно на кровать. — Прикройся!
Алек разразился грохочущим смехом.
— Помню, как в шестнадцать лет я обнажился перед девушкой, которую пытался соблазнить. Она отреагировала также.
Я уставилась на свои руки.