«Опять упс. Mea culpa. Миа Фэрроу». Он бил себя в грудь, но выглядел искренне смущенным.
Я подошел к нему и похлопал по спине. «Забудь об этом, большой парень. Давай поговорим о чем-нибудь более приятном. Например, об убийстве. Я сегодня ходил копать, наткнулся на кое-какие интересные вещи».
«Доктор Снуп?» — сказал он тем же покровительственным тоном, который я использовал с Морой.
«Библиотека, Майло. Не совсем боевое дежурство».
«С тобой все возможно. В любом случае, ты мне расскажешь свое, я тебе свое. Но не с пересохшим ртом».
Мы вернулись на кухню, выпили пару кружек пива и открыли упаковку кунжутных хлебных палочек. Я рассказал ему о фантазиях детства Шэрон
— общественное прошлое Восточного побережья, напоминавшее прошлое Круза, сиротство, напоминавшее прошлое Лиланда Белдинга.
«Как будто она собирает фрагменты историй других людей, чтобы создать свою собственную, Майло».
«Ладно», — сказал он. «Кроме того, что она — отъявленная лгунья, что это значит?»
«Вероятно, серьезная проблема с идентичностью. Исполнение желаний — возможно, ее собственное детство было наполнено насилием или заброшенностью. То, что у нее был близнец, тоже сыграло в этом свою роль. И связь с Белдингом — это больше, чем просто совпадение».
Я рассказал ему о вечеринках War Board. «Уединенные дома на Голливудских холмах, Майло. Тот, что на Джалмии, подходит под это описание. Ее мать работает в сфере вечеринок. Тридцать пять лет спустя Шэрон живет в домике».
«Так что ты говоришь? Старый Корзинщик был ее отцом?»
«Это, конечно, объяснило бы сокрытие информации на высоком уровне, но кто знает? То, как она извратила правду, заставляет меня сомневаться во всем».
«Полицейское мышление», — сказал он.
«Я проверил пару книг о Белдинге, в том числе «Миллиардер-корзинщик» . Может быть, что-то из этого будет полезным».
«Эта книга была мошенничеством, Алекс».
«Иногда в мошенничестве есть доля правды».
Он пожевал хлебную палочку и сказал: "Может быть. А как ты ее нашел? Я думал, что эту чертову штуку отозвали".
«Я спросил об этом библиотекаря. Судя по всему, крупные библиотеки получают предварительные экземпляры; приказ об отзыве распространялся только на книжные магазины и коммерческих дистрибьюторов. В любом случае, он был там зарыт с 73-го года, очень мало выдач».
«Редкое проявление хорошего вкуса со стороны читающей публики», — сказал он.
"Что-нибудь еще?"
Я рассказал о своей встрече с Морой Бэннон.
«Думаю, мне удалось убедить ее отступить, но у нее есть источник в коронере».
«Я знаю, кто это».
«Вы шутите».
«Нет. Твой рассказ проясняет кое-что. Несколько дней назад один студент-медик третьего курса из Южной Каролины проходил через офис коронера.
Задавал слишком много вопросов о недавних самоубийствах, похоже, рылся в файлах. Мой источник рассказал мне об этом. Он беспокоился, что это был кто-то из города, шпионящий вокруг».
«Он все еще шпионит?»
«Нет, ротация окончена, девчонка ушла. Наверное, просто парень, который ищет секса в стиле белого рыцаря от Лоис Лейн-младшей. В любом случае, ты правильно сделал, что охладил ее пыл. Все это становится все страннее и страннее, и дело в шляпе. Вчера в доме Круза Трапп появляется до прибытия бригады по расследованию преступления, весь в злых улыбках, желая узнать, как я поймал звонок, когда официально все еще в отпуске. Я сказал ему, что приду пораньше в комнату для сбора, работал за своим столом, разбирая какие-то документы, когда поступил анонимный звонок с сообщением о нечестной игре по адресу Круза.
Полная чушь, новичка бы не обманули. Но Трапп не стал этого делать, просто поблагодарил меня за инициативу и сказал, что дальше он все возьмет на себя».
Майло зарычал, хрустнул костяшками пальцев. «Этот придурок меня похитил ».
«Я видел его в новостях».
«Разве это не демонстрация? Чушь, дополненная бредом. И еще: говорят, что Трапп продвигает версию сексуального маньяка. Но эти женщины не были расположены так, как жертвы сексуальных убийств, которых я когда-либо видел — никаких раздвинутых ног или сексуальных поз, никакой переодетой одежды. И, насколько мне известно, мой коронер
Источник может сказать, что, судя по состоянию тел, удушения или увечий не было».
«Как они умерли?»
«Избит и расстрелян — не разберешь, что было раньше. Руки связаны за спиной, одна пуля в затылок».
"Исполнение."
«Это мое рабочее предположение».
Он выместил свой гнев на хлебной палочке, хрустя и стряхивая крошки с рубашки. Затем он допил свое пиво и пошел за новым из холодильника.
«Что еще?» — спросил я.
Он сел, запрокинул голову и влил себе в горло пиво.