– Это было… грязно. Не то чтобы этим нельзя заниматься. Не хочу никого осуждать. Но вы хоть осторожность соблюдайте, верно?
– Они…
– Старики. В принципе, у меня с ними проблем нет. Доктора Коровник я уважала. Почитала и любила свою бабушку, она была классной. Я просто хочу сказать… вы хотите, чтобы я в это углублялась? Это может как-то помочь с судебным иском?
Майло обходительно ответил:
– Мы так или иначе должны знать, что вы подразумеваете.
– Хорошо. Рассказываю. На прошлой неделе мне позвонили с нижнего этажа, чтобы я обработала целую кипу документов, которые запрашивал Лоуч: отксерила, рассортировала, скрепила степлером, а затем вернула вместе с оригиналами. Тонны бумаги, тягомотина – по-моему, какие-то законы о недвижимости. Как обычно, кабинет Лоуча пустовал, и я спустилась вниз разгребать ту гору. Потратила уйму времени. Затем что-то заело в первом ксероксе; я и там провозилась, но все наладила. Наконец закончила, отделила оригиналы от копий и пошла в кабинет к Лоучу, чтобы положить их на стол. Постучала в дверь, никого не думая там застать – так, для проформы, – и вошла.
Улыбка Бритни внезапно сделалась лукавой.
– И тут, доложу я вам… О, это была сцена.
– Лоуч был там?
– Был. – Бритни кивнула. – Да еще и с женщиной. Старуха, может, даже старше, чем он. И они… вы действительно хотите это услышать? Хотя, почему бы и нет? – Со злым озорством блеснув глазами, она облизнула губы. – Короче, вхожу я и вижу перед собой картину: он стоит у себя перед столом, а она перед ним на коленях. И наяривает. Он как завидел меня, сразу побагровел и как-то даже поперхнулся, а она вскакивает и сконфуженно так оборачивается. У меня все бумаги на пол попадали, а я сама выскочила.
– Вот как, – ухмыльнулся Майло. – Пойманы с поличным. Вот и все разговоры о неловкости.
– Сумасшествие, правда? Ну захотелось тебе пошалить, минет поделать – так ты хоть дверь запри! Шон – мой парень – говорит, что это небрежность потерпевшего; готовое дело.
– Н-да. – Я вздохнул. – Лоуч, конечно же, поставил вас в непростое положение.
– Это, наверное, всегда так? Вы кого-то на чем-то ловите, а они потом обвиняют вас, потому что чувствуют дерьмово себя. Так было и с моим парнем, до Шона, – задумчиво сказала Бритни. – Шон другой.
– Поймать кого-то на шалости и оказаться из-за этого виноватым. По сути своей напоминает полицейскую работу, Бритни, – подытожил Майло.
– Да. Похоже, так оно и есть… Мне стало так противно, что я пошла в «Старбакс» и остаток дня не возвращалась. Возможно, они используют это против меня. Меня можно обвинить в нежелании быть рядом, когда он потом выходил из офиса? «Приветик, босс! Ну как, хорошо тебе та бабушка шлифанула шишку? “Шанелью” не пахнет?» Тьфу, гадость…
– Вы раньше видели ту женщину?
– Раз или два. Появлялась в офисе, и они уходили. Может, она ему подруга или типа того. «Милый, если не заперся, я не виновата». Козлина.
– Вы можете ее описать? – спросил Майло.
– Старая, с белыми волосами… А что, она в чем-то подозревается?
– Да нет, просто собираем фоновую информацию на мистера Лоуча.
– Я как раз хотела об этом спросить, – вскинулась она. – Что именно у него происходит? Пожалуйста, очень вас прошу: скажите мне, что у него какие-то серьезные проблемы, реально гадкие адвокатские подлянки!
Майло улыбнулся.
– Нам самим хотелось бы выйти на это, Бритни. Но игра еще только начинается.
Она в ответ улыбнулась идеально ровными зубами:
– По крайней мере, она есть. Хорошо, отлично. Но вы можете кое-что мне пообещать? Если то, что он наделал, как-то поможет мне с моим иском, вы дадите мне знать?
– Непременно.
– Вот спасибо! – с жаром воскликнула Бритни. – То есть если он убийца с топором или типа того, это же мне поможет? – В ее глазах играл смех. – Шон сказал мне, что я могу подать в суд на него, на его контору, а может, даже на агентство, которое меня к нему устроило. Если повезет, можно будет содрать серьезные бабки и наконец-то мотануть в отпуск.
– У вас его давно не было? – полюбопытствовал я.
– Да можно сказать, вообще никогда. Сначала школа, затем работа с учебой, и полный облом начиная со второго курса, когда умер отец.
Майло сказал:
– Вы действительно заслужили отдых, Бритни. Желаю удачно его провести. А вы можете немного подробнее описать ту женщину?
– Старая, – повторила она. – Высокая, худая. Так из себя, пожалуй, ничего; может даже, в далеком прошлом была симпатичной. Про «Шанель» – это я взаправду; в кабинете ими пахло. Белые волосы копной. А еще «лабутены»; когда она ему делала «туда-сюда», я сзади разглядела красные подошвы. Я бы даже подумала, что она его жена, но он сам сказал, что не женат. После того как я проработала там неделю. Сказал с эдаким намеком, облепив липким взглядом мою задницу.