Желтые глаза расширились. «Пятьсот . Еще четыре . Двадцать двадцаток. Вот так » .
Он растопырил большой и указательный пальцы. «Вот так. Я ухожу с пятьюстами долбаных долларов».
«Очень щедро», — сказал Майло.
«Безумно щедрый. Он был как... святой. А теперь ты говоришь... о, чувак, это неправильно, неправильно. Неправильно . Кто, черт возьми, мог это сделать?»
«Именно это мы и пытаемся выяснить, Джин».
Кудахи покачал головой. «Просто неправильно ». На мгновение он поник, а потом резко сел. «Эй. Я кое о чем подумал. Может, он дал денег какому-то злому ублюдку, и они его облапошили».
«Может быть, Джин. Есть идеи, кто?»
«Нет, я просто... можно раздавать дерьмо некоторым людям, но нельзя раздавать его всем. Так просто нельзя». Он покачал головой. «Убит.
Где?"
«В своей студии».
«Вот так», — сказал Кудахи. «Вот так? Это просто неправильно».
«Согласен, Джин. Так когда ты в последний раз видел Донни?»
«Был только один раз. Тот раз».
«Фотосессии», — сказал Майло.
"Ага."
«Что он тебе об этом сказал?»
«Он хотел увидеть, чего люди хотят в глубине души.
Их цели, если бы они могли добиться своего. Я не понял, к чему он клонит.
Не буду врать, я не особо слушал, у меня на уме было одно. Ладно? Сто баксов, вот что я думал, сто».
Майло кивнул.
Кудахи сказал: «Не буду врать, это лучшее предложение, которое у меня было... возможно, когда-либо».
Определенно когда-либо. Он говорит: «Кем хочешь быть, Джин». Поэтому я думаю и чувствую, что быть боссом должно быть круто, поэтому я говорю ему. Он говорит: «Как генеральный директор?» Я говорю, конечно. Так мы и сделали. Он дал мне бритву и крем для бритья, а потом эту свежеиспеченную одежду».
Он потер лицо.
Я спросил: «Вам понравилась сессия?»
«Чёрт, да», — сказал Кудахи. «Это было лучшее время за долгое время».
Майло спросил: «И как давно это было?»
Кудахи нахмурился, образовав две вертикальные морщины между бровями. «Как... несколько месяцев назад». Он покачал головой. «Я уже не так хорошо помню. Когда бы он ни сделал мою фотографию, это когда».
Я сказал: «Значит, это был положительный опыт. А что будет после?»
"Что ты имеешь в виду?"
«Вы чувствовали себя хорошо после того, как ушли?»
"Почему бы и нет? Сэндвичи, кола, пятьсот баксов?
Мне было приятно наряжаться. Давно я не наряжался.
Когда я продавал Библии».
«Когда ты это сделал?»
«Когда я ушел из ВМС и ничего не делал в Чикаго», — сказал он.
«Мне платила библейская фирма в Декейтере. Они печатали эти Библии и отправляли тебя продавать их. Моим регионом были Небраска, Канзас, Висконсин, а не города, фермы. Фермеры меня любили. Даже когда у них уже были Библии, они покупали еще одну».
Я сказал: «Щедрый, как Донни».
«Нет, нет, это не одно и то же», — сказал Кудахи. «Фермеры платили за свои Библии, но хотели получить обратно каждый пенни из своей сдачи. Иногда они давали мне немного еды. Но не как мистер Донни. Не все, что я хотел. Не пятьсот , о которых я не просил».
«Вы видели, откуда он взял деньги?»
Он кивнул. «Эта деревянная штука возле камеры — как шкаф, но деревянная. Там же, где он хранил одежду, он лезет туда и достает эту чертову пачку. Я думаю, что это не может быть правдой. Подождал, пока не останусь один на улице, чтобы пересчитать. Двадцать двадцаток, связанных с этой бумажной штукой из банка. Мне пришлось разбить их на три части, чтобы они не оттопыривали мои карманы, понимаете?»
«Осторожность оправдана», — сказал Майло.
«Разве это не правда?»
«К сожалению, Донни, возможно, не проявил осторожности».
«Вот о чем я думаю. Он дает мне пачку, я благодарен, я думаю о хорошем. А что, если бы был злой чувак, который не был и
вернулся за добавкой?»
«Ты так и не вернулся».
Желтые глаза вытаращились. «Нет-о-о. Нет, нет, нет, нет, не ходите туда, сэр. Не ходите туда. Пожалуйста». Кудахи бросил пончик и скрестил руки на груди. «Я думаю, мне пора идти».
«Извини, Джин. Это просто вопросы, которые нам нужно задать».
«Ты уже спросил, я уже сказал. Он дал мне больше, чем я просил.
Для меня он как бог, с богом не шутят. Ни за что, сэр. Не ходите туда, сэр.
«Это не так, Джин, но мне нужно задать тебе еще один вопрос, чтобы быть доскональным».
Руки напряглись. «Что?»
«Где вы были два понедельника назад?»
Лицо Джина Кудахи скривилось. «Два… понедельника… как, черт возьми, я… как я уже сказал, я не очень хорошо управляюсь со временем…» Он просиял. « Два понедельника? Позапрошлый? Ха!» Руки опустились. Палец указал на Майло, затем на меня. «Попался! Два понедельника я был в Pitchess».
Филиал окружной тюрьмы в Кастаике. Предполагалось, что это будет почетная ферма до того, как число заключенных вынудило разнообразие.