Судя по всему, его ударили: сломанный нос, подбородок, находящийся не совсем посередине, а также седые брови и маленькие глаза, окруженные множеством морщин. На нем были очки в стальной оправе, белая рубашка с широким воротником и кобальтово-синий галстук с широким виндзорским узлом. Его ботинки блестели.
Двое мужчин направились прямо к нам. Маленький человечек казался занятым, даже стоя на месте.
«Доктор Ивс», — сказал Пламб. «И... доктор Делавэр, если мне не изменяет память?»
Я кивнул.
Казалось, маленького человека мало интересовала церемония вручения. Он огляделся вокруг, словно измеряя отдел, точно так же, как это сделал Пламб два дня назад.
«Как дела у девочки?» Пламб спросил Стефани. Она отдыхает,
— сказала она, глядя на невысокого мужчину. «Доброе утро, мистер Джонс».
«Что именно произошло?» спросил он надтреснутым голосом.
«Сегодня рано утром у Кэсси случился эпилептический припадок».
'Блин.' Маленький человечек ударил одной рукой о другую. «Все еще не знаете, что стало причиной?»
Боюсь, пока нет. В последний раз, когда ее госпитализировали, мы провели все необходимые анализы, и сейчас проводим их снова. К ней приходит доктор Богнер, а также шведский профессор, который как раз читает здесь гостевые лекции. Он специализируется на детской эпилепсии. Я уже говорил с ним по телефону, и он, похоже, считает, что мы хорошо справляемся с этой проблемой».
'Блин.' Теперь глаза смотрели на меня. Рука быстро протянулась.
«Чак Джонс».
«Алекс Делавэр».
Мы крепко пожали друг другу руки. Его ладонь была словно рашпилем. Казалось, все в нем двигалось быстро.
«Мистер Делавэр — психолог, Чак», — сказал Пламб.
Джонс моргнул и уставился на меня.
«Он работал с Кэсси», — сказала Стефани. «Чтобы помочь ей справиться со страхом перед инъекциями».
Джонс издал нейтральный звук, а затем сказал: «Дайте мне знать, что происходит. «Нам нужно докопаться до сути этой чепухи». Он пошел в комнату Кэсси. Пламб последовал за ним, как щенок. Когда они вошли внутрь
Я сказал: «Чепуха?»
«Разве ты не хотел бы, чтобы он был твоим дедушкой?»
«Ему понравится эта сережка Чипа».
«Он определенно не любит психиатров. После того, как психиатрическое отделение закрылось, мы с группой обратились к нему, чтобы попытаться спасти часть психиатрической помощи для этой больницы. С таким же успехом мы могли бы попросить у него беспроцентный заём. Когда Пламб только что рассказал ему, чем вы занимаетесь, его намерением было вас дискредитировать.
'Почему?'
Кто знает? Я говорю вам это только для того, чтобы вы были и оставались начеку.
«Эти люди играют в совершенно другую игру, чем та, к которой мы с вами привыкли».
«Я это запомню», — сказал я.
Она посмотрела на часы. «Пора в поликлинику».
Мы пошли по улице Чаппи к лифтам.
«Что нам теперь делать, Алекс?» спросила она.
Я подумывал рассказать ей, о чем просил Майло, но решил пока не посвящать ее в это. «Из того, что я прочитал, я понимаю, что в таких случаях нужно либо поймать человека на месте преступления, либо организовать очную ставку, которая может привести к признанию».
Конфронтация? Например, обвинить ее напрямую?
Я кивнул.
«Я ведь не могу сделать это прямо сейчас, не так ли? Теперь, когда другие люди стали свидетелями настоящего совпадения, а я вызвал специалистов…
Возможно, я ошибаюсь, и это действительно форма эпилепсии. Не знаю. Сегодня утром я получил письмо от Риты.
Экспресс-письмо из Нью-Йорка, где она осматривает художественные галереи.
Она спросила, как продвигается это дело. Достиг ли я какого-либо прогресса в постановке диагноза. «У меня такое чувство, будто кто-то намеренно прошел мимо меня и протянул ей руку».
«Отвес?»
Помнишь, он хотел поговорить со мной? Мы вчера об этом говорили, и он был очень любезен. Он сказал мне, как высоко он ценит мою преданность этой больнице. Дайте мне знать, что финансовое положение плохое и будет ухудшаться, но также подразумевайте, что
«Я смогу получить лучшую работу, если буду молчать».
«Работа Риты».
«Он не сказал этого прямо, но это послание было донесено».
Это было бы так похоже на него — позвонить ей и настроить против меня. В любом случае, все это не имеет значения. Что мне делать с Кэсси?
Почему бы вам не подождать и не посмотреть, что скажет Торгесон? «Если он считает, что эти припадки не были спонтанными, у вас будет больше оснований для финальной конфронтации».