В воспоминаниях Нины Николаевны есть интересный рассказ об этом: «При поездках в Москву или Ленинград у Грина часто возникало желание выступить публично, но никогда он не встречал в этом поддержки Союза писателей. <…> Потомy было для нас неожиданностью, когда, <…> во время нашего пребывания в Москве, Грина вызвала по телефону Евдоксия Федоровна Никитина, хозяйка «Никитинских субботников», литературных собраний тех годов, и пригласила приехать на очередной ее «субботник» и что-либо прочесть. До сих пор в Москве никто не приглашал Грина публично почитать что-нибудь. Приглашение это немного и грустно нас взволновало.
Грин взял для чтения две главы из романа «Бегущая по волнам», написанного им еще в 1926 году, но до того никуда твердо не устроенного. <…> Приехали к началу вечера. <…> Вокруг длинного стола сидели маститые и не маститые гости. <…> Никитина попросила Грина начать чтение. <…> Он начал читать глуховатым, сдавленным голосом, но вскоре, подчиняясь ритму собственных слов, внутренне расправился и стал читать в своей обыкновенной, внятной манерой, не скандируя, не смотря на слушателей, как бы разговаривая сам с собой. <…> Все смотрели на Грина, склонившего голову над рукописью, некоторые перекидывались друг с другом быстрыми, серьезными взглядами. В полной тишине ясно и спокойно струился голос Александра Степановича. <…> Грин подходил к концу главы. <…> Мгновение стояла тишина, а затем: «Вот это искусство! Настоящее искусство!» – раздались возгласы вокруг. <…> Александр Степанович, сам взволнованный и довольный произведенным впечатлением, оставался еще несколько минут, отвечая на расспросы»91.
Был еще факт публичного выступления Грина. В один из приездов в Москву весной 1929 года Грин читал в Союзе писателей страницы из романа «Дорога никуда».
Скорее всего, тогда и состоялось его знакомство с писателем Иваном Алексеевичем Новиковым, с которым у Грина сложились добрые, дружеские отношения. Именно Новиков стал редактировать роман «Дорога никуда», готовя его к выходу в издательстве «Федерация».
По первоначальному замыслу Грина этот роман назывался «На теневой стороне». Как родилось новое название, рассказывает Нина Николаевна: «На выставке английской гравюры в Музее изящных искусств в Москве Грин увидел маленькую гравюру Гринвуда “Дорога никуда”. <…> Небольшая гравюра в незаметной темной рамке, изображающая отрезок дороги, поднимающейся на невысокий пустынный суровый холм и исчезающей за ним. Суровая гравюра. На ней надпись по-английски и перевод по-русски: «Дорога никуда» и имя автора – Гринвуд. Александр Степанович обратил на нее мое внимание: “Как хорошо названа гравюра… «На теневой стороне» переменю на «Дорогу никуда». Это заглавие отчетливее отвечает глубокой сущности моего сюжета, темы. Заметь, художник Гринвуд. И моему имени это созвучно. Очень, очень хорошо!”»92
Темой романа стала судьба Тиррея Давенанта, человека с возвышенной душой и беззащитным сердцем. Сюжет двигала цепь событий, внешне случайных, но внутренне глубоко связанных с характером героя.
«Каждый день полон случайностей. Они не изменяют основного течения нашей жизни, но стоит произойти такой случайности, которая трогает основное человека – будь то инстинкт или сознательное начало, – как начинают происходить важные изменения жизни или остается глубокий след, который непременно даст о себе знать впоследствии».92
Во всех поступках Давенант оставался верен себе. Неожиданные повороты его жизни ничего не меняли в нем самом. «Жизнь ловила его с оружием в руках», а он был все так же возвышенно благороден. Его бегство из города после недостойного поведения отца, его схватка с Ван-Конетом, когда Давенант рыцарски встал на защиту оскорбленной женщины, его активная поддержка контрабандистов в их сражении с таможенниками – все это звенья одной цепи, раскрывающие основное в герое – его душевное благородство.
И сама трагедия Давенанта служит делу добра. В борьбе за его спасение (может быть, впервые у Грина) объединяются вместе положительные персонажи романа.
И хотя Давенант умирает, не дождавшись помощи, в действиях его друзей был высокий смысл, помогающий раскрыть лучшее в них самих.
Как справедливо отмечала литературовед Л. Михайлова, «это роман о возвышающей силе трагического»93.
Глава XVII
«Вы не хотите откликаться эпохе…»
Поселившись в Феодосии, Грин первое время не испытывал трудностей с публикациями. Его новые произведения часто появлялись в журналах, выходили отдельными изданиями. Например, роман «Золотая цепь», завершенный в 1925 году, в этом же году был дважды напечатан. Сначала – в журнале «Новый мир», а в 1926 году вышел отдельной книгой в харьковском издательстве «Пролетарий», в том же году в Москве выходят сборники рассказов «Гладиаторы», «На облачном берегу» и другие.