Из раскрытого окна писатель любовался видом окрестных гор, вдыхая прозрачный душистый воздух цветущей земли. В теплые ясные дни кровать выносили во двор, и Грин много времени проводил в саду, под любимым орехом. Это были последние впечатления его жизни…
Грин не дожил до зенита своей славы. Ему не суждено было видеть многочисленные издания своих произведений, переводы их на иностранные языки…
Последней книгой, которую Грин увидел напечатанной, стала «Автобиографическая повесть».
Это было 30 июня 1932 года. У постели писателя собрались врачи, обсуждавшие состояние его здоровья. Подтверждался страшный диагноз. У Грина оказался не туберкулез, как предполагалось вначале, а рак желудка. Надежды на выздоровление не было.
В это время пришел почтальон. Вместе с переводом на 500 рублей он принес бандероли с 25 экземплярами «Автобиографической повести». Еще в декабре 1931 года благодаря ходатайству Н. С. Тихонова Издательство писателей в Ленинграде заключило с Грином договор на издание этой книги.
И вот она напечатана. Последняя повесть Александра Грина. Книга трагичная, горькая, наполненная драматизмом и вместе с тем очень «гриновская», обладающая характерными приметами его стиля. Книга, в которой зрелый художник возвращается к годам своей юности, с беспощадной искренностью обнажая превратности своей судьбы. Иногда, чтобы ярче выделить идею, Грин сознательно сгущал краски, отступая от логики фактов.
Но, невзирая на это, «Автобиографическая повесть» отличается предельной откровенностью, «исповедальностью».
Грин ни в чем не приукрашивал обстоятельств собственной жизни, а последовательно раскрывал перед читателем, как формировался в нем «тип рыцаря причудливых впечатлений», мечтатель и романтик, ставший впоследствии одним из самых оригинальных писателей русской и мировой литературы.
Прощаясь с врачами, Грин каждому из них подарил по книжке. «Бесплатное приложение к гонорару», – пошутил писатель. А еще это была память о последних днях его жизни.
С каждым днем Грин все больше слабел, но говорил ясно, хотя и медленно. За два дня до смерти Александр Степанович захотел увидеть священника, чтобы исповедаться и причаститься. Как он потом рассказал жене, на предложение батюшки простить врагов, ответил: «Вы думаете, я очень не люблю большевиков, нет, я к ним равнодушен»111.
8 июля, в день смерти, Грин почти все время находился в полузабытье. Лишь к вечеру взор писателя неожиданно прояснился. Он вдруг приподнял голову с подушки и прошептал еле слышно: «Помираю…».
Это были последние его слова.
Хоронили Александра Грина на следующий день, 9 июля. На похороны пришло много людей, принесли цветы. На городском кладбище, тогда еще пустом и заброшенном, выбрали место для могилы писателя. Тогда же посадили рядом маленькое деревце, превратившееся со временем в раскидистую красавицу-алычу, которая вот уже многие годы шумит над гриновской могилой.
А к столетию со дня рождения писателя на его могиле установили новый памятник работы скульптора Татьяны Гагариной: над мраморной плитой, на колонне, бронзовая фигурка Фрези Грант, героини романа «Бегущая по волнам». Она словно бы указывает людям дорогу к могиле великого мечтателя.
Сюда приходят группами или в одиночку, кладут скромные букеты, оставляют трепетные, искренние стихи… Это те, кто сердцем воспринял высокую поэзию гриновских книг, читатели Грина разных поколений…
Глава XX
Грин – наш современник
«Прекрасно, что представилась возможность посетить этот своеобразный музей писателя моего детства. По-другому и по-новому предстал он в моем воображении, человек-птица, человек-мысль, и вместе с этим – такой земной, реальный, со всеми бедами и слабостями. Жизнь не была к нему приветлива, и теперь я понимаю, что именно тот, другой мир, его внутренний, мир ярких красок и фантазий, был его песней, где можно укрыться от реалий жестокой жизни; его отдушиной, сном, столь же явственным, как быль.
Как замечательно, что есть у человека такое право – помечтать, погрезить, создать прекрасный мир видений, – это так много!»112
Слова киевлянки Н. Г. Ореховской – лишь одно из многочисленных признаний в любви к Грину и музею.
Этот музей, открытый в 1970 году в Феодосии в доме на улице Галерейной, где Александр Грин прожил 6 лет и написал лучшие свои книги, стилизован в духе старинного парусника.
Образ музея-корабля настолько естественно вытекает из самой сути гриновского творчества, что кажется, будто так было всегда: фонари, канаты, якорь у входа и даже барельеф бригантины, без которого сейчас почти невозможно представить Галерейную улицу. И невдомек сегодняшним посетителям музея, сколько за этим споров, бессонных ночей, радостных открытий, горьких разочарований и самого настоящего подвижничества, без которого никогда не приходит успех.