Свинцовая ночь опустилась на плечи
Александр Македонский
Лирика
Гефестион о своей любви к Александру
*****
Свинцовая ночь опустилась на плечи,
И я её мрак рассекаю мечом.
Бок о бок с тобой нам судьбою намечен
Наш путь — я тебе облегчаю плечо.
Мне доли иной даже в мыслях не надо,
Пусть длань провиденья, жестока и зла,
Ко мне относилась всегда без пощады,
То тело кромсала, то ревностью жгла.
Любовь моя, ты выше смысла и права,
И мелких расчётов, и гор золотых,
И неги забвенья, и ярости славы,
И жизни прекрасной в мирах неземных.
На гребень мгновенья, в века или в вечность
Стремим мы свой путь, где окончим его?
С тобой забываю про жизни конечность:
Ты выше её, выше мира всего.
Бессильна вся ревность моя пред любовью:
С Багоем смирился, Роксану терплю…
А сердце моё обливается кровью,
И шепчут уста: «Я сильнее люблю».
Тебе не изменишь, да мне и не надо:
Иного любил я б так страстно? Едва ль…
Ты боль причиняешь — она мне отрада,
Хоть в сердце вонзи раскалённую сталь!
Ты только люби! Пусть меня ты обидел
И раз, и другой — я приму, не виня.
Ты только живи, чтобы я не увидел,
Как смерть забирает тебя у меня.
Бессчетных снов златые горы
Гефестион — Александру
*****
Бессчётных снов златые горы,
Веков наследство в толще книг,
Земли бескрайние просторы
Исчезли вмиг, когда приник
Я к твоей шее. Страсть иная
Навек определила жизнь —
Влачу её, одно лишь зная:
Люблю. Не говори «очнись»,
Не обещай мне горн победы:
Твоя лишь слава мне милей.
Мне б только увести все беды
С дороги пагубной твоей.
То, что имеешь, ты не ценишь;
Забыв о нём, вперёд идёшь.
То, чем владеешь, не измеришь,
А пустоту вином зальёшь.
Отринь мечты: свершить не в силах
Ты сотой доли всех идей,
Пусть сердцу твоему и милых,
Но убивающих людей.
В горах замёрзших стынут трупы,
В трясине зыбкой плоть гниёт,
И реки заливают крупы
Коней. Придёт и твой черёд.
Ты осознаешь всю бесплодность
Фантазий, их поглотит ночь,
И только слово «невозможность»
Не унесётся мраком прочь.
Столетья пролетят, а прежде
Не утвердить над миром власть,
Но ты одной живёшь надеждой,
Тебя одна сжигает страсть.
И так ты Зевса сын — что надо
Ещё пресыщенным очам?
Быть богом — ныне не отрада?
Тогда прильни к моим плечам.
Спой нашу юность и надежды,
Согрей хладеющую кровь,
Раскрой уста и, смежив вежды,
Испей до дна мою любовь.
Взлетит огонь, взовьется пепел
Александр на смерть Гефестиона
*****
Взлетит огонь, взовьётся пепел…
В прах обращаются любовь,
И жар души, и тела трепет —
Всё то, что разгоняло кровь.
Бушует яростнее пламя,
Исчезнет тело в небесах,
Всё то, что было между нами,
Кораллы губ и синь в глазах
Уходят прочь в миры иные
И обращаются в ничто.
И чем владею я отныне,
Был богом я — теперь же кто?
Владел всем миром — в одночасье
Смерть больше мира унесла.
Её нельзя наречь несчастьем,
Не знаю слов для бездны зла.
Отныне дом мой — тьма и холод,
Отныне глас мой — волка вой…
И вечный непрестанный голод
Навек останется со мной.
Теперь мне что другие страны,
Народы, города? Всё прах:
И побеждённые смутьяны,
И груды злата в сундуках.
Ведь эта мука, это горе
Не те, что я перетерплю,
И прогоняю я Багоя,
И хриплым шёпотом молю: