Судьба плененных македонянами членов царственного семейства, вероятно, свидетельствует о том, что Александр хотел показать – он не борется с персами как с народом, он хочет победы над Дарием, а затем единения и мира.
Даже блестящая победа при Иссе не заставила Александра отказаться от первоначального плана – до похода в глубь империи укрепить свое положение в Восточном Средиземноморье – особенно в портовых городах. Они были нужны для решения наиболее острой проблемы македонской армии – флота.
С самого начала кампании Александр отчетливо видел, что его эскадры не в состоянии на равных сражаться с персидским флотом. Основу же последнего составляли кипрские и, особенно, финикийские корабли. Армады сына Мемнона Фарнабаза удерживали многие островные пункты, постоянно угрожали коммуникациям и тылам македонских войск. Стремясь лишить этот флот баз и в целом вырвать из персидской армии финикийские корабли, Александр направил свой удар на важнейшие города первых мореходов и торговцев Средиземноморья.
Древние финикийские центры – Сидон, Библ, Тир – давно уже пережили времена своего расцвета, который пришелся на первую половину первого тысячелетия до нашей эры, но, тем не менее, были все еще богаты и сильны. В середине IV века до н. э. в Финикии наметилась тенденция к сближению с эллинским миром, широко распространялись антиперсидские настроения, происходили восстания, подавленные персами с большим трудом и чудовищной жестокостью. Поэтому Александр мог рассчитывать на то, что финикийцы, оказавшись перед лицом мощной сухопутной армии, не будут особо сопротивляться. В целом, это было не так уж далеко от истины. Жителей Сидона, Библа и многих других городов интересовало, в первую очередь, сохранение за ними тех привилегий, которые признавали и прежние хозяева – персы, например, чеканка собственной монеты, право охранять караванные пути и т. п. Отпор пришельцам из Европы дал только богатейший Тир.
Когда Александр находился в начале своего финикийского похода, он получил от Дария III письмо с предложением о мире. Автор письма просил соперника отпустить семью за выкуп, в качестве которого предлагалось «столько денег, сколько мог бы собрать со всей Македонии». Персидский царь предлагал «коллеге» заключить союз. Одни авторы утверждают, что Дарий настаивал на том, чтобы Александр удалился на родину, очистив всю территорию державы Ахеменидов. По другим данным, перс предложил македонскому правителю часть Малой Азии по реке Галис.
Александр зачитал послание Дария перед советом «друзей», и не исключено, что слегка подправил его содержание, усилив впечатление от заносчивости «царя царей». В своем ответе македонянин писал для начала о прегрешениях противника: «Я, предводитель эллинов, желая наказать персов, вступил в Азию, вызванный на то вами. Вы помогли Перинфу, который оскорбил моего отца. Во Фракию, которой мы владели, персидский царь Ох послал войско. Когда был убит мой отец, вы похвалялись в своих письмах, что это дело ваших рук. Ты сам с помощью Багоя убил Арсеса и захватил власть несправедливо и наперекор персидским законам… Ты разослал грекам враждебные послания обо мне, чтобы подтолкнуть их на войну со мной. Ты послал деньги Спарте и другим греческим городам. Ни один город их не принял, кроме Спарты. Твои послы отвратили от меня моих друзей и постарались разрушить мир, который я водворил в Элладе. После этих твоих враждебных действий я пошел на тебя войной». Далее Македонский царь упрекал Дария в том, что тот предлагает ему уже потерянные города и территории – ведь Лидией, Ионией, Эолидой и берегами Геллеспонта Александр уже владел по праву победителя. Македонянин требовал, чтобы Дарий не смел обращаться к нему как к равному, а исключительно как к «царю Азии». Он выдвинул дерзкое предложение – пусть Дарий признает верховную власть Александра, явится к его двору и займет свое место среди приближенных нового владыки; на этих условиях ему будет возвращена семья и вообще он получит все, что пожелает. Таким образом, переговоры зашли в тупик.