Размышления папы прервал вошедший в комнату викарий.
— Понтифик. — Юлий Второй недовольно посмотрел на него. — Пришли новости из Руси.
Взгляд Юлия из недовольного стал заинтересованным. Всё же восточное направление политики Ватикана было одним из приоритетных, так как папы не оставляли попыток перетянуть русских правителей в лоно Римско-Католической церкви.
— Говори.
— На Руси объявились две принцессы Византийских из рода Комниных Великих. Старшую зовут Александра, младшую Елена.
Юлий удивлённо откинулся на спинку кресла.
— Но из Комниных Великих никто не выжил. Их всех казнили в Константинополе 50 лет назад. Самозванки?
— Всё так, понтифик. Комнины казнены. Но всё дело в том, что сведения о этих девицах отрывочны. Но есть хорошие новости по поводу Джованно. Он прислал весточку. Скоро прибудет в Рим. Так вот, он тоже говорит о двух принцессах. Мало того, он общался с обеими, особенно со старшей принцессой, Александрой. И он уверен, что они настоящие принцессы. Александра даже лечила его и спасла, тем самым, от смерти.
— Очень любопытно. Значит он уверен?
— Да, понтифик.
— Где он сейчас?
— На территории Священной Римской империи германской нации.
— Хорошо, дождёмся его. Пусть он более подробно нам всё расскажет.
— Если сведения о принцессах подтвердятся, какие наши действия будут?
— Пока никаких. Надо всё прояснить. Но дай задание, пусть наши люди в Москве усилят наблюдение за ними. Значит одна из них лекарь и хороший?
— Да, понтифик. Она сделала Джованно операцию, вскрывала ему живот.
— Как вскрывала? И он не умер после этого?
— Нет. Чувствует себя очень хорошо. Пишет, что даже будто помолодел. А вот вторая непонятная, это младшая. Якобы она сделала вещество, что гораздо сильнее пороха.
— Алхимики?
— Не знаю, понтифик. Здесь сведений совсем мало. Возможно, это и не правда, а преувеличено всё. Нужно дождаться Джованно.
— Хорошо, но на Русь отпиши.
— Всё будет сделано, понтифик…
Я продолжала сидеть на коне. Мой конвой тоже. Правда они рассредоточились полукругом, создавая около меня зону безопасности. Из дома вышел мужчина с аккуратно подстриженной бородой. На нём была европейская одежда и берет на голове с птичьим пером. Похоже, какому то павлину не повезло. Он вышел из калитки. Увидел меня, быстро оглядел мою охрану. Стащил берет с головы и… Правильно, заскакал козлом, подметая беретом улицу. Я чуть склонила на бок голову. Он опять заскакал. Да достали уже. Веер у меня был, их мы с Еленой теперь всегда носили с собой, особенно, когда куда-нибудь выезжали. Сделала знак веером, типа я оценила креатив. Он заскакал в третий раз. Господи, спаси и помилуй. Наконец пляски с беретом закончились.
— Что, блистательной принцессе Александре из рода Комниных Великих, понадобилось в моём скромном жилище?
Ничего себе!!! Какой скромняшка. Такого дома не везде в Москве встретишь, да ещё крыша черепичная зелёная.
— Скажи мне… — Я вопросительно на него взглянула.
— Шляхтич Михайло Волох, Ваше Высочество. — Литвин дал намёк, что он тоже не худородный и не в канаве рождён или в конюшне, а дворянин. Хотя я была уверена, что много, кого из таких вот шляхтичей мамани зачинали именно в конюшне с молодыми конюхами, тем более, если муж был стар и немощен в свете того, что биологические часы старикана находились либо на полшестого, либо, как минимум, на двадцати минутах. Хотя этот шляхтич был неплохо упакован. А судя по дому — очень даже, не плохо. Это говорило о том, что он либо довольно богатого и знатного литовского рода, либо шпион Великого Князя Литвы. Скорее всего второе.
— Шляхтич Михайло, до меня слух дошёл, что в твоём доме есть представители испанской короны. Так ли это?