— Почему сранья? Ничего не сранья. Я уже успела в клозет сходить. Мне тут горшок попытались всучить. Прикинь?
— Кто?
— Бабки, няньки. Маман мне их приставила. Оцени креатив у свекрови!
— А зачем? Ты что немощная?
— БеспокоЮтся, за дитё. Туда не ходи, это не поднимай, поспи душенька- царевна. Тьфу! Короче, Сань, пока ты ездила вчера, мне мозг в компостер пытались засунуть. Первый раз послала их.
— Кого, маман?
— Не, маман нельзя. Она искренне заботиться. Нянек этих, мамок. Или как они тут называются. Давай мне такую дичь в уши лить, я думала у меня мозг сплавится. У меня процесс в лаборатории идёт, а мне: «Поспи душенька наша. Отдохни. Пряник скушай. Молочка попей». Прикинь, Сань, словно я голодная, с дикого острова сорвалась. Я с утра и до обеда на еду смотреть не могу, а мне молоко суют. Попросила яблок. Хорошо хоть, мочёных принесли.
— Яблок мочёных?
— Ну да. Там в погребе или где, не знаю, несколько бочек с мочёными яблоками. Так что жить можно. А к обеду спать надо и отдыхать. Я спросила клуш, зачем мне отдыхать? Я что, шпалы укладывала? Стоят, курицы, на меня пялятся. Короче, послала.
— Откровенно и прямо?
— Конечно, а чего политесы разводить?
— То-то Государь мне попенял на тебя, что уж больно ты сквернословишь, сестрица.
— Не поняла?! Это какая тварь настучать уже успела?
— Лен, ты меня удивляешь! Тут везде глаза и уши Великого Князя. Я сама не успела испанцев навестить, только заехала в Кремль, как меня к Василию потащили. Сразу вопрос: «Что у гишпанцев делала и о чём торг вела?!»
— Жесть. Как они быстро работают. Вроде мобильников ещё нет. Сань, вчера тебя хотела расспросить, да ты занята шибко была, пока то, да сё, а ты уже баиньки. Никаких посиделок, как раньше. Грустно… Сань, ну и как тебе испанцы? Что, настоящий гранд? — Глаза Елены возбуждённо поблёскивали.
— Ага, настоящий. Гранд и граф. Имя длинное, одуреешь и заковыристое. Луис Фернандес де Веласко-и-Суньига.
— Какая ещё Синильга?
— Не Синильга, а Суньига.
— Старый?
— Для нас да. За сорок. Но выглядит бодрячком. Там ещё его племянник был, вот этот молод, чуть старше нас с тобой. Хуан Франциско де Веласко-и-Суньига.
— Хуан?
— Хуан, а что? Так, Лен, давай ты сейчас не будешь коверкать имя, заменяя некоторые буквы.
— А я что? Я ничего. Сань, а он симпатичный?
— Кто?
— Ну этот, Фернандос, который Ху… Да ладно, Хуан, короче!
— Лен, у тебя живот растёт, а ты всё выясняешь, красавчик или нет. Я дурею с тебя. Всё, милая, колбасня закончилась. Начались суровые семейные будни. — Ленка сморщилась, словно лимон съела.
— Сань, ну почему ты такая? Нудная бываешь до ужаса. Подумаешь спросила. Чего такова?
— Да ничего.
— Сань, ну как, заказала каучук у них?
— Заказала. Они были в непонятках, откуда я знаю, какие там деревья растут. Но я им по ушам проехала. — Я засмеялась. Ленка тоже улыбнулась.
— А что за лапша была?
— Я им карту, вернее контур Южной Америки нарисовала. Граф как увидел, я думала его удар хватит. Давай выяснять, откуда я знаю? Сказала, что древнюю карту видела.
— И что? Купились?
— Ещё как. А знаешь, что они давай у меня выпытывать?
— Что?
— Про Эльдорадо.
— Это про золотой город что ли?
— Ну да. Спрашивал граф, есть такой город. Я им сказала, что есть. Что видела на карте. Но им не скажу. Пусть ищут. — Опять смех.
— Вот лошары! — Смеялась Ленки. — Да классно ты им задвинула. А что ещё там было?
— Вином меня угостили. Правда оно кислятиной оказалось. Якобы бургундское. Думаю обманули. И ещё смотрели на перстень, который мне князь подарил и особенно на диадему, как наркоманы на дозу. Алчные они и жадные.
— Короче, с этими грандами связываться не стоит?
— Ну почему? Если привезут каучук, то очень хорошо будет. Пообещала им хорошо заплатить.
— Ладно с евросами закончили. А ты ещё у Великого Князя была?
— Есть такое.
— И как он?
— В каком смысле? Внешность что ли?
— Ну да и вообще.
— Ты что его не видела что ли?
— Видела. Но он там на троне сидел, весь такой, — Ленка сделала неопределённый жест рукой, — короче такой. Но с тобой то он, явно не сидя на троне общался?
— Не на троне. В кабинете в своём, если так можно сказать. На нём штаны были, сапоги и рубаха.
— Класс! И как?
— Ну что могу сказать? Симпатичный мужчина, если честно. Ему сейчас 30 или 31 год. В самом расцвете, так сказать. Хорошее, сильное тренированное тело. Живот подтянут. Сильные руки. И глаза. Смотрит ими, думала до самой печёнки меня вывернуть хочет. Взгляд пронзительный такой. У меня даже ноги ослабли, если честно. Только никому не говори.