Она улыбнулась сквозь слёзы.
— Сань, давай споём? Жаль плясать нельзя мне. А то я попрыгала бы.
Глядя на подругу, я улыбалась…
Максимилиан сидел возле камина, просматривал донесения своих шпионов из Венгрии. Война с Венграми закончилась почти 20 лет назад. И по Прессбургскому договору от 1491 года, в случае если Венгерский король Владислав не оставит законного наследника, то Венгрия перейдёт под управление Габсбургов. Однако четыре года назад у Владислава всё же родился сын, правда роды были преждевременными. Ребёнок чуть не умер. Но чуть не считается. Он выжил и был наречён Людовиком Вторым. Два года назад Владислав торопясь официально сделать сына своим наследником, короновал двухлетнего малыша, как короля Венгрии. А ещё через год, Владислав короновал трехлетнего сына и как короля Чехии.
Максимилиан отложил доклады своих шпионов.
— Ладно, маленький змеёныш, посмотрим на сколько ты живуч. — Император взял со стола кубок с вином. Сделал глоток. Он ещё не знал, что Людовик Второй выживет, несмотря ни на что. Доживёт до 20 лет и погибнет в битве при Мохаче. Где венгерская армия была наголову разбита османами и фактически уничтожена за два часа ожесточённого сражения. После чего, большая часть Венгрии была захвачена османами. И Габсбургам пришлось в течении многих лет вести борьбу с Османской империей за Венгрию. Но это произойдёт ещё только через 16 лет. В императорские апартаменты зашёл камергер.
— Ваше Императорское Величество, к Вам имперский князь, герцог Саксонии и маркграф Мейсена Георг Альбертин.
Максимилиан кивнул. В кабинет зашёл Плотного телосложения мужчина, готовящийся перешагнуть 40-летний рубеж.
— Ваше Императорское Величество. — Маркграф склонился в церемониальном поклоне.
— Полно, Георг. Проходи, садись. — Император указал на свободное кресло рядом со своим. — Горячего вина?
— Не откажусь. На улице собачий холод. Ветер такой колючий.
Император позвонил в колокольчик. Появился камергер.
— Генрих, распорядись ещё вина горячего со специями принести, для маркграфа.
Камергер молча вышел. Максимилиан посмотрел на Георга.
— Скажи друг мой, что за вести приходят с востока?
— Ты имеешь ввиду руссов?
— Именно.
Маркграф помолчал, глядя на языки пламени в камине. Зябко поёжился. Они с императором давние друзья. Хотя несколько расходятся во взглядах на церковь. Император старался дистанцироваться от церкви, особенно в свете того, что всё чаще стали поднимать голову сторонники реформации церкви. Он же, маркграф Мейсена, был убеждённым католиком и противником какой-либо реформации. Но это не мешало им плотно общаться.
— Что именно тебя интересует, Максимилиан?
— Вести из Москвы.
— Ты о двух принцессах?
— О них. А так же о том, что с ними связано.
Слуга принёс кубок с горячим вином на подносе. Георг взял его, сделал глоток. Блаженно улыбнулся.
— Они появились полгода назад. Даже чуть больше. Откуда? Не знаю, словно из-под земли. Назвались византийскими и римскими принцессами из рода Великих Комниных.
— Как интересно, Георг! Византийскими, да ещё и римскими? Византии нет 50 лет уже как. А римские принцессы только у нас. Так как именно мы Римская империя.
— Максимилиан. Ты же знаешь, что в Византии только выборочно признавали императоров нашей Римской империи. А чаще не признавали, так как считали, что только Византия является наследницей Великого Рима времён императоров. Поэтому здесь половина на половину.
— Но Византии нет.
— Нет. Но, вспомни Софью Палеолог, принцессу из последней византийской династии. Константинополь пал, а её всё равно считали принцессой. Кстати, если ты не забыл, то она мать нынешнего владетеля Москвы, Василия.
— А эти две?
— Я же сказал, они выдают себя за принцесс из рода Великих Комниных. Старшая сестра Александра Комнина, младшая Елена Комнина. Якобы правнучки Елены Кантакузиной и Давида Комнина, последнего императора Трапезунда.
— И в Москве им поверили?
— Поверили, Максимилиан. Их признали принцессами Византии и Рима. Мало того, османы по моим данным, тоже поверили и сейчас охотятся на них. Предложили за обеих сестёр огромные деньги. Сначала 100000 золотом, сейчас цена достигла полумиллиона флоринов золотом.
— Какие занятные сестрички. Уверен, что если так пойдёт дальше, то сумма может перевалить за миллион?
— Может. И я даже не удивлюсь, особенно в свете того, что они на самом деле интересные девицы. — Георг замолчал, приложился к кубку. Бросил взгляд на императора. Тот смотрел на него и кивал головой.