— Чего это у них на ногах за чоботы?
— Это не чоботы, дурень. Это ичиги такие.
— Какие ичиги? Ичиги летом носят. Да и что за ножи к подошве приделаны? Ходить то не удобно. Вон как осторожно идут.
— Царевны мастерицы на выдумки всякие и диковинки. Чай не даром царские дочки. На одежку то их посмотри. Юбки то какие! Но красавицы, слов нет.
— Сам же сказал, царские дочери. А разве Царевны страшными бывают?
— У схизматиков немцев, говорят, царевны страшные.
— Так это у немцев. А у нас православные.
Мы с Еленой только улыбались. Наконец, мы на льду. Я посмотрела на Елену. Та раскраснелась от удовольствия, легкого мороза и в предвкушении наслаждения. На алых губах улыбка.
— Ну что, Лен, начнёшь сезон? — Спросила её. — Не грохнешься сразу? А то позор будет. Вся Москва смеяться над нами начнёт.
— Не грохнусь, не боись. — Елена оттолкнулась и заскользила по льду. На ходу развернулась спиной вперёд по ходу скольжения и двигалась уже по кругу. Руки развернула в стороны. Потом подпрыгнула и сделав один оборот вокруг своей оси приземлилась на коньки мягко. Продолжила движение. Когда она прыгнула, я даже затаила дыхание. Не дай бог упадёт, но нет, она справилась. Я тоже сделала толчок ногой и покатилась. Мы катались с ней кругами, гоняясь друг за дружкой. Катались вместе, взявшись за руки, выполняя синхронно одни и те же движения. Я заметила, как штурмующие крепость и обороняющиеся, перестали кидаться друг в друга снежками. На берегу и на льду прибавилось народа. Даже стали останавливаться сани, двигавшиеся с одного берега на другой.
— Ты посмотри, что творят! — Говорил какой-то мужчина в дорогой шубе и шапке. — Красота то какая. Это где же они научились такому?
— Царские дочери. Этим всё сказано. Нас простых смертных такому не научат. — Ответил ему другой.
Евдокия с матерью стояли и смотрели на нас открыв рты. Егор тоже замер на коне. Елена катилась на одной ноге, вторую вытянув назад и наклонившись. Я ехала рядом, спиной вперёд.
Евпраксия Гордеевна вовремя опомнилась. Закрыла рот и слегка толкнула дочь.
— Дуня, рот закрой.
— Матушка, а как это они так катаются?
— А ты не видишь? Вот для чего коньки эти они сделали.
— Матушка, я тоже так хочу.
— Попроси Александру или Елену, научат чай, не чужие же. Только Егор то позволит тебе в такой одёжке кататься?
— Так такая одежка, матушка, как раз для коньков. Елена с Сашей ничего просто так не делают. — Евдокия посмотрела на мужа. — Егорушка, а ты мне разрешишь, чтобы Елена с Александрой меня научили так ездить?
— А, что? — Егор словно очнулся от наваждения.
— Разрешишь мне так же научится кататься?
— Я не знаю. А ты, Евдокиюшка, разве умеешь? — Егор был молод, едва ему 20 лет исполнилось.
— Не умею, но Елена с Сашей меня научат.
— Так у них вон обувка какая. Я всё удивлялся, зачем она? А тут вон оно как!
— Ну они же где-то взяли. Я раньше у них такого не видела.
— Я не знаю, Дуня. А долго учиться этому?
— Кто знает? Вот и спросим Елену с Сашей.
Накатались с Ленкой чуть ли не до упаду. Довольные были по самые уши. Народ на берегу и на льду довольно горланил, даже шапки в верх кидали. Когда мы подъехали к берегу, люди стали кланяться нам. Мы с Еленой тоже, поклонились, но не сильно. Всё же царевны как ни как! Но москвичам и это было в радость. А то как же, сами царевны люд московский удоволили и зрелищем красивым и вежеством своим.
— Благодарствуем вам, люди московские. — Крикнула, улыбаясь Елена. Маман такое не понравилось, но она ничего не сказала. Но на всех посмотрела с высока.
— И мы благодарствуем вам, царевны. Красиво вы танцевали. Никогда ничего подобного не видел. — Ответил мужчина в богатой шубе и шапке. — А я много где побывал. И на юге, в странах полуденных и в Ганзе. — Всё стало понятно, похоже купец он.
По Москве было разговоров о нашем катании. С того дня мы стали ездить с Еленой на лёд, кататься на коньках. Евдокия дома стала просить нас научить её.
— Дуня, а ты случаем не понесла? — Спросила я у золовки. Евдокия покраснела.
— Нет, вроде бы.
— Что значит вроде бы? Ты либо не праздна, либо нет. Третьего не дано. Месячные давно были?
— Не давно, с седьмицу всего как. А что?
— Ну, значит, не понесла ещё пока. Просто беременной на коньки лучше не вставать. Не дай бог упадёшь и дитя своему плохо сделаешь. Скинешь плод, как мужу в глаза смотреть будешь? Ладно, но для начала тебе коньки сделать надо будет. Есть у меня мастер, который их делал. А Егор твой не хочет на коньках научится кататься?