— Значит ли это, Багрянородная Цесаревна, что став женой Государя Московского, ты как королева Ливонии присоединишь её к Московии?
— Нет, не значит. Если я стану королевой раньше венчания.
— Мне не совсем это понятно, принцесса Александра?
— А чего не понятного, Ландмаршал? Став женой Государя Московского, я при этом останусь и королевой Ливонии, если приму корону. Примеры в Европе этого уже есть.
— Какие? Что-то я не помню.
— Нет, Ландмаршал, Вы их помните и знаете. Изабелла Кастильская, став женой Фердинанда Арагонского, осталась королевой Кастилии. Так ведь?
Рыцари зависли. Молчали некоторое время, потом облегчённо выдохнули, заулыбались. Ландмаршал шаркнул ножкой и поклонился.
— Конечно, Ваше Императорское Высочество. Очень хороший пример. Всё так и было.
— Тогда о чём переживать, Мой Ландмаршал? — Последнее я особо выделила. Мы посмотрели друг другу в глаза. Он всё понял. Умный мужчина и поклонился ещё раз. — Ландмаршал. Сейчас едете в посольский приказ. Отмечаетесь там и просите Великого Государя о приёме. Обо всём остальном я позабочусь. Хорошо?
— Да, Порфирородная. Я всё понял.
Ни хрена ты не понял, друг мой. Ты даже не представляешь, что тебя ждет. Что я тебе приготовлю. И не только тебе, а всей аристократической Европе. Но это только ещё больше тебя, Ландмаршал и всех остальных баронов Ливонии привяжет ко мне. Намертво. Вы же все немцы помешаны на древнем эпосе о Нибелунгах. А тут всё складывается просто в масть, особенно с «золотом Рейна». Вторая часть казны тамплиеров! Вот она и сыграет это самое золото Рейна. Вы будете грызть моих врагов, как и вся Ливония до упора. До стирания зубов и когтей. И будете мне преданы до последнего вздоха. Ибо только у вас будут потомки Нибелунгов. Документально и материально подтверждённые.
Ливонцы ушли. Я только хотела вздохнуть с облегчением, как Ленка спросила.
— Сань, что-то я не поняла, насчёт этих придурков???
— Каких, Лен?
— Нибелунгов… Сань, ты чего?
— Ничего, моя хорошая. — Смотрела на неё и улыбалась. — Лен, они хотят Нибелунгов, они их получат.
— Как это? Сань прекращай. Как-то нехорошо, твои глаза блестят. Ты что задумала? И что значит руны на наших с тобой телах?
— Леночка, руны обыкновенные, которые мы добавим к своим татуировкам.
— К каким татуировкам?.. Ты с ума сошла?
— Поздно, дорогая. Слово сказано. Надо выполнять.
— Как? Тату себе ещё сделать? Саш, ты больная на всю голову? Я не буду больше делать себе тату.
— Будешь, как и я сама.
— Но Вася меня уже видел и не раз. С тату и голой вообще. Сань, извини, но Васька мой муж. Он меня спросит, что эта за хреновина и что я ему отвечу? И вообще. Ты что задумала насчёт моего мужа?
— Ничего не задумала. Я тебе вообще что-то говорю насчёт Васи?
— Да чёрт тебя знает. Глаза у тебя как-то не хорошо блестят. Я вот начала задумываться, а не сходить ли нам с Васей за вторым малышом?! Да и Вася очень хочет. А тут ты со своими Нибелунгами.
— Одно другому не мешает. Сходите за вторым, даже можете сбегать. Мне вам обоим ролики дать? Причём здесь Нибелунги и ребёнок? Ты совсем уже с катушек слетела?
— А как я Васе объясню, откуда у меня ещё тату появилось?
— Скажешь, что он просто не заметил.
— Сама поняла, что сказала? Да он каждую клеточку моего тела уже изучил. Всё время меня целует всю. От кончиков пальцев ног до макушки. Каждую мою тату знает. А тут руны напортачим себе.
— Они будут небольшие. Короче, Склифосовская, сделаешь. Вася много вопросов задавать станет, скажешь, что они иногда исчезают, иногда появляются. Почему так, ты не в курсе. И пусть голову себе не забивает. А тату станет лишним доказательством твоего высокого, как Эверест происхождения.
— Сань, зачем тебе это?
— Надо. Мне до второй части казны тамплиеров добраться надо.
— А где она?
— В том то и дело. Эти уроды спрятали эту часть казны на берегу Рейна. В одном небольшом селении. Там есть старинная часовня. Вот под ней она и храниться. Поэтому Ливонию я сделаю плацдармом для прыжка к Рейну.
— Ты хочешь воевать с имперцами?
— Зачем? Просто сделаем набег, используя какой-нибудь левый предлог и всё. Заберём казну и свалим. А императору я ещё и претензию выкачу.
— Ну ты и наглая, Сань, как паровоз.
— Наглость, дорогая, второе счастье. Не слышала об этом?
— Сань, но этот долговязый…
— Какой долговязый?
— Ландмаршал, сказал, что нужны веские доказательства, что ты имеешь отношение к Нибелунгам. А какие у нас будут доказательства? Руны на наших задницах? Не смешно.