Он смотрел на меня пристально. Потом улыбнулся и покачал головой.
— Да, Саша. Но давай. Посмотрим, что из этого получится. — Подошёл к двери и открыв её крикнул. — Эй кто-нибудь. — Сунулась какая-то боярыня. — Пусть позовут боярина Фёдора. Живее. — Немного подождали. Прибежал его ближник, боярин Фёдор.
— Звал, Великий Государь?
— Звал. Значит так, пусть приготовят снедь. Я еду с семьёй отдыхать. Скажи тысяцкому, чтобы выделил две сотни моих ратников и пусть они себе снедь на целый день возьмут. Понял?
— Понял, великий Государь. А куда поедем?
— Ты никуда не едешь. Ты, Федя, здесь остаёшься. Я еду. Всё, свободен.
Боярин исчез. Я улыбнулась, подошла к нему и, удерживая княжну одной рукой, поцеловала его в щеку. Даша, сидя у меня на руках, удивлённо смотрела на меня. Потом перевела взгляд на отца.
— Так, дети, — начала я, — сейчас мы все вместе поедем в лес. На речку. Хотите?
— Ура, в лес, на речку! — Закричали пацаны и запрыгали. Василий усмехнулся и опять покачал головой. Даша вновь прижалась ко мне, обхватив за шею.
— И ты поедешь с нами, солнышко моё. Куда же без тебя то?! — Сказала малышке, целуя её в щёчку.
Глава 31
Когда стали загружаться в карету, я, держа Дашу на руках, никак маленькая княжна не хотела слезать с моих рук, подошла к тысяцкому, отвечавшему за личную охрану Государя.
— Кто-нибудь из твоих людей знает место за городом, где есть лес, речка или озерцо какое и полянка? И чтобы людей там не было. — Тысяцкий посмотрел на меня удивлённо, но задавать вопросов не рискнул. На нас смотрел Великий Князь и никак не пояснял мой вопрос.
— Найдём. Что нужно Царевне Порфирородной, по точнее?
— Я же сказала, нужна полянка в лесу, не слишком густом. И чтобы речка там была или озеро какое. И чтобы там тихо было. Хотим детей выгулять. Что-то не понятно?
— Царевна подождёт? Я сейчас всё узнаю.
— Царевна подождёт.
Тысяцкий отошёл, при этом оглядывался на Василия. Но Василий молчал. Великий Князь полностью переложил на меня организацию пикника. Что же, всё верно. Инициатива, как говорят, наказуема.
Вскоре он вернулся. С ним шёл один ратник. Довольно молодой, лет 25. Ратник поклонился, взглянул на Великого Князя, но тот продолжал молчать. Только в его бороде и усах мелькнула улыбка.
— Вот, Царевна, это Ермолай. Он говорит знает полянку.
Я взглянула в глаза этому ратнику. Тот кивнул.
— Да, Царевна, знаю я. Хорошее место. Тихое. Рядом озерцо небольшое.
— Вот и хорошо. Тогда давай, показывай дорогу.
Мы все загрузились в карету. Я держала на коленях Дашу. На ней был сарафанчик и поверх небольшой плащ с капюшоном-шапероном с длинным шлыком, то есть колпаком. Шлык свешивался у княжны до самой попы и на конце имел помпончик. Так же к шаперону крепилась перелина. В своё время шапероны были очень популярны в средневековой Европе, постепенно из капюшона он превратился в некий тюрбан, который носили как мужчины, так и женщины. Но к началу 16 века эти тюрбаны фактически уже вышли из моды. Мне же нравился именно первоначальный шаперон, не в виде тюрбана, а в виде именно капюшона. Этот шаперон с перелиной я пошила на Дашу сама, в свободное время, которое удавалось выкраивать. Боже, как не хватало швейной машины. На Руси шапероны не носили, здесь была своя мода. Шаперон я украсила бархатом. Сам он был ярко-синего цвета, как и перелина. Расшитый золотыми нитями. На перелине с левой стороны, где сердце я дала задание швеям вышить двуглавого орла, тоже золотыми нитями. Весь новый наряд малышки, как раз мне закончили к этому утру. Поэтому, поехав в Кремль, я взяла его с собой. Одев Дашу, с удовлетворением любовалась на неё. Ей так это шло. Даша сама удивлённо рассматривала новую одежду. Потом посмотрела на меня вопросительно.