— Кем станут?
— Водными жителями. Да и покормить их нужно тоже.
Подошла к берегу. Мои палатины учили мальчишек плавать. Я хлопнула в ладоши.
— Бояричи Вяземские, выходим.
— Ну, мама, ещё! — Начал канючить сын. Андрей поддержал брата.
— Я сказала выходим. Посмотрите на себя. Губы синие уже. Замёрзли же, как цуцики.
Мальчишки нехотя вышли на берег. Привела их к ковру. Там уже были приготовлены полотенца. Вытерла обоих на сухо и заставила одеться. Пока они ели, принесла свой лук с колчаном стрел и футляр с пистолетами.
— Божен! — Крикнула своего гвардейца-палатина.
— Здесь, Царевна. — Он подбежал ко мне.
— Божен, сооруди две мишени. Одну в тридцати шагах размести, вторую дальше, на сотню шагов. Вот в том направлении. И в помощь возьми остальных.
— Сделаем. — Божен убежал. Василий, посмотрев на меня, усмехнулся.
— Хорошо ты их выучила. Всё бегом делают.
Парни сделали мне мишени. Им не привыкать, на полигоне часто этим занимались. Срубили в лесу молодые деревца, высотой в человеческий рост, чуть выше. Вкопали в тридцати шагах и в ста. В верхней части шеста сделали из двух палок поменьше перекладины в виде креста. На них натянули тряпку. Угольком нарисовали два круга, один в другом и пометили центр. Нормально. Василий и мальчишки смотрели на меня вопросительно. Даша играла бусами.
— Василий, как насчёт пострелять из пистолей? — Я открыла футляр с оружием. Он встал подошёл ко мне. Хмыкнул. Взял в руки один из пистолетов. — Ты стрелял из такого хоть раз?
— Нет, не стрелял. Значит тебе они сделали, а мне нет? Ну-ну.
Я погладила его по плечу.
— Вась. Перестань. Они по моим чертежам делали.
— Что за чертёж?
— Рисунок такой. Теперь тебе делают. Так, смотри, взводи курок. Вот он… Так правильно. Теперь вытяни руку по направлению к ближайшей мишени. Прицелься в середину круга. Левый глаз закрой, смотри правым. Рука на уровни глаза. Ствол должен смотреть прямо в центр мишени. Прицелился?
— Да.
— Крючок внизу под указательным пальцем нажимая…
Грохнул выстрел. Заплакала Даша. Вот дьявольщина. Совсем не подумала, что малышка может испугаться. Подошла к ней и взяла на ручки. Сунула ей выпавшую соску. Она обняла меня и испуганно смотрела на отца. Тот держал в руках пистолет. Осматривал его.
— Василий, пошли, посмотрим. Куда ты попал.
Подошли к мишени. Под нарисованной мишенью, но в полотнище была дырка. Как говорится, ушло в молоко. Но в мишень всё же попал. И то хлеб.
— Пока стрелять не будем из пистолета. Даша пугается. Давай из лука. Кто лучше и больше в мишень попадёт? И не просто так, а на желание? Согласен, Великий Князь? — Я улыбнулась. Даша, сидя у меня на руках, продолжала недовольно смотреть на отца. М-да, та ещё коза растёт. Всё же отцова кровь в ней. Но эту девочку я не дам сгноить в монастыре, где находили своё последнее пристанище почти все царские дочери. Эту девочку я выращу себе помощницей. А потом, где-нибудь в Европах выловим ей какого-нибудь принца, пусть и голозадого, это не важно. Главное, что прЫнц, забодай его комар! И ещё, чтобы её дети, через этого прЫнца имели право на какой-нибудь европейский престол, пусть и не прямое. Ничего, мы поможем стать им прямыми и единственными наследниками короны. Это всё дело техники и спецподразделений. А их я уже начала создавать.
— Уверена, Саш? — Спросил Василий улыбаясь.
— Насчёт чего?
— Насчёт кто лучше и точнее стреляет? И насчёт желания?
— Конечно, уверена. А ты что, Великий Государь, не ужель забоялся? — Я рассмеялась. Он тоже захохотал.
— Ладно. Но, Саша, желания тогда должны исполняться.
— Обязательно. Только нормальные и выполнимые желания, Василий. А то скажешь, достать тебе луну или звезду с неба. Это желание невыполнимое.
— Это кто же такое потребует? Совсем убогий? Не ожидал, Александра, что ты меня убогим на голову считаешь.
— Не считаю я тебя убогим на голову. Чего наговариваешь. А какое твоё желание будет, Василий. — Я хитро улыбаясь, посмотрела на него.
— А такое. Скажу опосля. Но поверь, оно очень даже выполнимое. — Он пробежался жадным взглядом по моему сарафану. Оглядел меня с головы до ног и даже облизнулся. Всё понятно, что у него за желание. В общем-то хорошее желание. Мне очень нравится. Вот только как бы не спалиться перед Митрополитом. Прошлый раз удалось проскочить без репутационных потерь. Хотя я уверена Владыко всё понял, только доказательств прямых у него не было. Хотя, думаю даже если бы и были, то не стал бы он меня анафеме предавать. Наложил бы мощную епитимию, что я замерзла бы стоять на коленях и молится до потери сознания сутки. А вредный старик может. Это Великого Князя он так поставить в позу удивлённого тушканчика не может, а меня может. Да ещё как. Вот напялю на себя корону Ливонии, тогда можно и пальцы гнуть. Хотя и здесь тоже не всё так однозначно. Пальцы то может и смогу гнуть, да только до определённых пределов. Всё же наша Церковь меня уж очень жёстко контролирует и ссорится с ней желания совсем нет. Тем более, она как тяжёлая артиллерия, чуть чего и прикроет, и шандарахнет любого, кто начнёт что-то про меня плохое говорить. Всё же я возлюбленная дщерь матери Церкви нашей. Но если спалимся, как-то не совсем будет комфортно смотреть в глаза Владыке. Я прямо услышала его слова, типа — вы что творите чадо неразумные? Совесть и стыд совсем потеряли? Вот венчаетесь, тогда пожалуйста, прыгайте на брачном ложе хоть до посинения. Прилепляетесь друг к другу, как в писании сказано, да прилепиться муж к жене своей. И детей стругайте, как на конвейере. Мы только будем приветствовать это и поощрять. Ибо сказал Господь, плодитесь и размножайтесь! Представив это, даже хихикнула. Василий смотрел на меня недоумённо.