Так, это надо переварить. Но многое становится понятнее, и возникает еще больше вопросов.
— А как же остальные орки, гномы, фейри?
— Я рассказал тебе о высших расах нашего мира. Тех, кто был создан богами, и кто наделен был основой всего, что ты видишь и знаешь. Все эти расы некогда были оплотом цивилизации, основателями…
Я сидела тихо, как мышка. Всем нутром ощущая, что вот теперь я что-то узнаю совершенно новое.
— Тысячелетиями мы развивали этот мир. Нас становилось больше, появлялись законы, города, империи… и рушились. У нас появились младшие расы. Не у всех. У орков это были зеленные, красные, желтые орки. Почти такие же, но… проще, слабее, глупее. Они не смогли сохранить память предков, скатились до своего теперешнего состояния. Мы долго их вели, но пастухов мало кто любит. И пришло время, когда они отделились от нас. Так было почти со всеми младшими расами… пожалуй, кроме людей, — орк посмотрел на меня твердым, серьезным взглядом. Я же поддалась к нему ближе, не желая что-нибудь пропустить. — Люди почти не изменились. Их младшие стали очень подобны старшим. Слабее, конечно, внутренней силой. Магией рода… Но как это порой трудно заметить! В вашем мире чаще правит золото и удача, и младшие довольно быстро поднялись на один уровень со старшими. Политические браки, перевороты, интриги. Сейчас редко и встретишь высшего человека, может где в самых верхах. Я вот раньше и не встречал.
И смотрит так пристально. Это получается я из высших? Вспомнился камушек наставника и его слова, что меня артефакты точно примут.
— Так получается, разница и не велика?
— Так кажется, но ты заметишь рано или поздно. Это не только по артефактам или магии рода понятно, это еще и внутренняя сила. Она не дает высшим скатиться до плебейского поведения, не позволяет пресмыкаться или подчиняться более слабому. Даже если у того мешки золота. Ты заметишь, как будет меняться твое отношение к простым людям, к их порокам, низменным желаниям.
Теперь я отстранилась от хранителя. В душе бушевало пламя несогласья. Какая кровь? Какое отношение? Я не хочу меняться! Тем более по чьей-то указке! И вообще, может я неместная, и меня это не касается. Это надо будет хорошо обдумать, но такое деление по непонятным признакам мне уже не нравится.
А старик продолжал, никак не реагируя на мое состояние.
— Мы чувствуем других высших. Как равных. Заметила, что тебе легко с нами? С черными орками? Как наверняка и с вампиром. А простые люди нас обычно сторонятся. Они не любят чувствовать себя подавленно, еще и не понимать почему.
— Меня не сторонятся.
— Это пока. Но даже теперь заметно разделение между тобой и остальными. Они приняли тебя как геру, и это в их глазах многое прояснило. А продолжи ты жить обычной деревенской жизнью и эта стена быстро бы отгородила тебя от них, возможно даже вызвала бы агрессию. Точно неприязнь была бы.
По коже пробежали мурашки. Верить на слова не хотелось, но память живо стала показывать фрагменты нашей жизни с моими людьми. Ведь еще в домике наставника меня стали сторониться. Я так и не вписалась в местную жизнь…— А гномы и фейри? — скорее чтоб перевести тему, чем из искреннего интереса, спросила я.
— Гномы не местные. Около полторы тысячи лет назад они пришли в этот мир и просто поселились. Заняли несколько горных цепей и не лезли к остальным. Драконы с ними договаривались, но о чем — мы не знаем. Фейри же младшие вампиров. Когда-то давно они отделились, желая себе другой жизни. Они отвергли магию крови и стали развивать другой дар — эмпатии. Вампиры ею тоже наделены, но тут как, — старый орк развел руками, — надо выбирать. Во всем быть хорошим не выйдет, а магия крови и делает вампиров таковыми, какие они есть.
— А регенерация, солнце, скорость?
— Это все магия крови. Фейри отказались от нее и тем самым лишились такой силы, но! Они очень преуспели в своей стезе. Их эмпатия сильна, как и иллюзии. Ну, и солнце больше не убивает.
— Какое-то слабое равновесие… Эта младшая раса посильнее тех же людей.
— О нет! У людей огромный потенциал, просто они часто его разбазаривают. Возможность видеть магию… никто бы больше не сумел очистить целый город от Мертвых земель. Может только драконы или алтеори…
— Но что-то они не спешат.
— Драконы покинули этот мир. А алтеори… может далеко, может не знают, а может и не хотят. Они свободны и не подчиняются каким-либо законам.
На какое-то время в шатре наступила тишина. Вопросов было много, но… как-то разговор выбил меня из колеи. Почему-то стало печально и немного себя жалко. Вот куда я опять влезла? Не знала и жила себе спокойно. Вот спрашивается, оно мне надо было?
— Так что там про вампиров? К нам скоро пожалует в гости их отец семейства, как встречать?
— Вампиры — это высшая раса. Все вампиры, вне зависимости от возраста. По нашим меркам они аристократы. Узнай сколько их, и можешь спокойно умножать число на сотню — это будет примерный возраст их отца. Но лишь примерно, сколько их погибло мы знать не можем. Они очень опасны, и тут скорее не их сила, сколько ум. Они помнят все! Но тут тоже палка о двух концах — как благородным, им не чуждо понятие чести. И чем старше вампир, тем это обычно более проявляется.
Вроде много сказал, а понятнее не стало. И не разобралась я еще, успокоил он меня или же наоборот — еще сильнее запугал.
— Принимай как знать, и не беспокойся. Они будут вести себя на высшем уровне. Это не те разумные, которые ударят в спину. Точно не хозяина дома, куда их пригласили. И о своих договоренностях не волнуйся, уж букве соглашения они точно будут следовать. Ну а дальше будет зависеть от тебя.
— Что-то, что мне еще следует знать?
— Многое зависит от того, кем был когда-то их отец… Они, конечно, полностью перерождаются, даже берут себе новые имена, но какие-то привычки остаются. Как ни странно, но чаще вампирами становятся люди. Поэтому устраивай прием рассчитывая на это, ну и не прогадаешь. Как человеку, тебе можно вполне принимать по людским обычаям.
— Понятно… — протянула я, ничего не понимая.
Информации много, но все не то. Наверное, было глупо надеяться, что орк мне скажет, что подавать или как украшать зал. Или как себя вести. Успокоила ли меня эта беседа? Может самую малость касательно вампиров, но вот своего бытия… Или не накручивать себя?
— А они что-то едят помимо крови? Может чего-то терпеть не могут? — спрашивать прямо про чеснок и кресты не хотелось. Я и так уже во многом с этими вампирами выставила себя глупее некуда. Вспомнила выражение лица Астериуса, когда он в окно влез — как бы это забыть?
— Вроде могут, но нет точных данных. Думаю, им это не обязательно. Чего терпеть не могут… кроме солнца и крови гномов в голову ничего не приходит.
— Что ж, и на том спасибо. Вы дали мне много пищи для размышлений и помимо вампиров.
— Обращайся. Уверен, мы еще побеседуем не единожды, и у меня тоже есть, что спросить у тебя.
В шатер заглянул Шейбан — подслушивал что ли?
— Я тоже уверенна. Спасибо за разговор. И чай.
И бегом, пока мне не задали вопросов, на которые я пока не знаю, как отвечать. Почему-то снова боюсь говорить о своем происхождении… паранойя, что ли?