- Александр Яковлевич, да как же вы узнали?..
Ответ ясности не добавил. Какая уж тут ясность, когда:
- Я ощущаю его немного по-другому.
И все, понимай как хочешь. Впрочем, теряться в догадках времени не было - имелись у Валентина Ивановича дела и поважнее. С глубоко личным, так сказать, интересом. Уловив момент, когда начальство отодвинуло от себя восстановленный клинок (не то, совсем не то) и опять потянулось за новоделом, Греве набрал в грудь воздуха и начал:
- Ваше сиятельство!
Удивленный столь плавным переходом с доверительного тона на сословный официоз, Александр тут же оставил в покое сталь. Откинулся на спинку стула, проявил на лице легкий интерес, смешанный с усилившейся благожелательностью, и приготовился слушать.
- Мастер, изготовивший новый нож - Сазонов, мой давний знакомый. Довольно известен, охотничьими ножами его работы пользуются даже великие князья - и этому имеются весомые доказательства. Мы с ним одно время довольно тесно приятельствовали - в юные годы, да-с. И в этот раз сошлись... гм, вполне.
Порученец коротко глянул на работодателя и решился.
- Ваше сиятельство, я и господин Сазонов хотели бы открыть небольшую компанию, по производству охотничьего снаряжения. В основном, конечно же, ножи. Еще рогатины, капканы и тому подобное... Да-с, тому подобное.
- Продолжайте, я вас внимательно слушаю.
Воспрянувший Греве (молчание князя его изрядно нервировало) перестал осторожничать и поведал, как он все это себе представляет. Его вклад в будущую компанию будет в основном связями и деньгами. То есть - организует небольшой заводик в Туле, оснастит его необходимыми станками и приспособами производства Сестрорецкой фабрики, ну и будет содержать все это великолепие первое время. Пока прибыль не закапает. На долю Сазонова выходило само производство ножей и всего прочего, а так же подбор трех-четырех мастеров, коим он обязался передать свои профессиональные секреты. И все бы хорошо, но будучи реалистами, и вообще людьми опытными и пожившими, компаньоны прекрасно понимали - мало произвести, надо еще и удачно продать. И секреты сазоновские могут достаточно быстро "уплыть" на сторону. Конкуренты, сволочи, никогда не дремлют! Опять же, интерес налогового департамента никто не отменял, да и вообще... Вот если бы его сиятельство заинтересовалось участием в новой компании? Выраженном в трети всех акций. Тогда многие вопросы решились бы, ну словно сами собой.
"Вернее, конкретно мной. Однако! Еще недавно Валентин Иванович и полтысячи гонорара принимал, только предварительно покраснев и обязательно помявшись. Всего каких-то пять лет под моим чутким руководством - и уже заботится о правильном вложении собственных капиталов, напористо убеждает и договаривается. Ишь, как раскраснелся да оживился! Все-таки, я на него плохо влияю. Или наоборот - слишком хорошо? Ладно, что там у нас в плюсах? В принципе, из них все и состоит. Особенно радует возможность подгрести под себя тульских мастеров-одиночек, кустарничающих на дому - это же готовый квалифицированный персонал на новое направление! Да и чисто охотничьим оружием давно пора заняться, а то бельгийцы весь рынок заполонили своими корявыми поделками. Китайцы, блин, девятнадцатого века - гонят по демпинговым ценам свои одноствольные дробовички, да револьверы из "чугуния", и радуются".
- Ну что же, не вижу никаких препятствий.
Легкий стук молотка, явно вбивающего в стенку гвоздь, отвлек от разговора только одного из собеседников, второй же, мечтательно прикрыв глаза, наслаждался моментом. Князь Агренев и успешное ведение дел - в сознании бывшего мастера-оружейника эти два понятия уже давно слились в одно целое, так что... Валентин Иванович Греве только что стал еще более состоятельным человеком. Своя компания - это звучит! Весомо и солидно, добавляя жизненного тонуса и уверенности в будущем. Впору уже и о женитьбе задуматься - сколько ж можно холостяковать, в его-то годы. Впрочем?.. Нет, пожалуй, с этим делом все же торопиться не надо. Вопрос это важный, ответственный, прежде надобно все хорошенько обдумать, взвесить...
- Что? Простите, Александр Яковлевич, я немного задумался.
- Что ж, мне нетрудно повторить. Помощь в составлении необходимых документов вам окажет Вениамин Ильич, со станками к Иммануилу Викторовичу, насчет правильной охраны производства подумает Григорий Дмитриевич. Отстроит ваш заводик контора господина Бари - вы сколько уже с ним знакомы, года три? Ну вот и устроит вам все, в лучшем виде.
"Хм. Появилась работа, и я тут же ее спихнул на других. И остался при этом в явной прибыли. Неужели я наконец-то становлюсь нормальным буржуином?".
Окрыленный столь быстрым разрешением его дела, Греве не удержался и подскочил, готовый сию же секунду бежать в гостиную и терроризировать поименованных ему лиц. Вспомнил, что его еще не отпускали, и столь же стремительно сел обратно.
- Прошу прощения, Александр Яковлевич.
- Ничего страшного, я все понимаю.
Князь мельком глянул на часы и досадливо шевельнул бровью.
- Ну что же, на этом мы с вами и закончим.
Однако в тишине и одиночестве Александр оставался недолго. Опять вздохнула кожаная обивка стула, под тяжестью очередного, и (хотелось бы надеяться) последнего на сегодня посетителя хозяйского кабинета. Примерно с минуту титулованный аристократ, промышленник, отставной офицер, известный в узких кругах меценат, и прочая и прочая, рассматривал своего нового сотрудника. Нет, Виктор Вениаминович Лунев и до этого трудился в его интересах, но, если можно так выразиться, делал это несколько опосредствованно. То бишь, получал задания и отчитывался в их выполнении конкретно своему отцу. И делал бы то же самое и дальше, если бы не зримый успех двоюродного брата. Пример такого рода оказался на диво заразителен, безумно горяча кровь честолюбивыми желаниями и мечтами.
- Как я понимаю, с основными требованиями к моим ДОВЕРЕННЫМ лицам вы знакомы. Они вас устраивают?
- Да, ваше сиятельство.
- Вы понимаете, что будет в случае их нарушения?
- В полной мере, ваше сиятельство.
В кабинете повисло тяжелое молчание. Князь несколько секунд смотрел прямо в глаза своего ровесника, затем едва заметно кивнул.
- Ваше первое задание. Не так давно мне стало известно, что в Рязанской губернии произрастают клен и ясень. Конкретнее - в Рязанском, Касимовском и Спасском уездах, а так же по берегам Оки. Необходимо как можно быстрее наладить добычу и переработку этой древесины, причем прямо на месте. Справитесь - возглавите деревообрабатывающее направление в компании. В противном случае, сможете спокойно вернуться к отцу. Вопросы?
Младший Лунев осторожно откашлялся.
- Если можно, ваше сиятельство. Первый - почему необходим именно клен и ясень?
- Намечаются крупные оружейные заказы, а это неплохая замена ореху, что идет на приклады и ложи винтовок.
- Понятно. А почему прямо по месту?
Александр одобрительно улыбнулся, самыми краешками губ. Вопросы его откровенно радовали.
- Необходимый компании лес растет в таких дремучих уголках уезда вообще, и губернии в целом, что его транспортировка простыми бревнами малорентабельна.
Собеседование, плавно перешедшее в инструктаж, прервал господин главный инспектор.
- Александр Яковлевич, эти двое наконец-то закончили.
- Ну что же, продолжим наш разговор в другое время.
Возвращаясь в гостиную, Виктор тихонечко досадовал. На Долгина, так бесцеремонно прервавшего важный и интересный разговор. И на себя. После властного жеста князя он покинул кабинет столь быстро, что это смотрелось скорее как панический побег. Что теперь о нем подумает его сиятельство? Его переживания не остались незамеченными и отцом, подошедшим справиться о результатах собеседования, так что пришлось признаваться в своем конфузе. И услышать в ответ удивительнейшее признание: как оказалось, с батюшкой тоже пару раз происходило нечто подобное.
- Как правило, это случалось тогда, когда Александр Яковлевич находился в дурном настроении. Внешне, конечно, это не проявляется. Да-с, совсем никак. Но в манерах и речах появляется какая-то особенная властность. Такая, что вначале делаешь, а только потом осознаешь, о чем именно тебя просили.