В тот же день, 29 сентября, Святейшего в Чистом переулке посетил сторонник Ельцина мэр Москвы Юрий Лужков, затем председатель Конституционного суда Валерий Зорькин, принявший уже вечером 21 сентября постановление о неконституционном характере действий Ельцина. То есть представители обеих враждующих сторон. Лужков пообещал не участвовать в применении силы и помогать защитникам Белого дома, если те пострадают во время его штурма. Зорькин обещал добиваться разрешения конфликта конституционно.
На следующий день в Кремле Ельцин принял Патриарха Алексия II, митрополита Крутицкого и Коломенского Ювеналия и митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла. Ельцин злился, но пообещал ещё раз вступить в переговоры со своими врагами при посредничестве Русской Православной Церкви. Было решено, что переговоры пройдут в Свято-Даниловом монастыре.
Утром 1 октября, вняв просьбам Патриарха, власти включили в Белом доме электроэнергию, отопление и горячую воду. Затеплилась надежда на мирный исход. Но телефонная связь по-прежнему оставалась отключённой.
В десять часов утра Патриарх в сопровождении митрополитов Ювеналия и Кирилла явился в Свято-Данилов монастырь. Со стороны президента выступали руководитель президентской администрации Сергей Филатов, мэр Москвы Лужков и первый заместитель председателя Совета министров Сосковец. Со стороны Белого дома — председатель Комитета по делам национальностей Абдулатипов, заместитель председателя Верховного Совета Воронин, народный депутат Домнина, а от Конституционного суда — судья Олейник.
Предстоятель начал с прочтения молитвы «Царю Небесный». Затем произнёс несколько слов о ситуации и попросил Филатова высказать свои предложения. Тот заявил, что начинать надо с изъятия всего оружия, имеющегося в Белом доме. Абдулатипов это заявление проигнорировал и произнёс несколько нейтральных фраз о том, что всем бы хотелось решить дело миром. Олейник тоже ограничился риторикой. Сосковец вернул разговор к теме о сдаче оружия. Лужков заявил:
— Никогда никаких ни мыслей, ни переговоров, ни договорённостей, ни разработок по нападению на Белый дом не существовало. Я клянусь вам в этом. И всё то, что сейчас нагнетается, — это или провокация, или проявления просто уже болезненного, возбуждённого мышления.
Патриарх ответил:
— Но нагнетается. Как только наступает вечер, эти страсти нагнетаются. Здесь прозвучало то, что в регионах спокойнее, это Олег Николаевич сказал. Я могу тоже свидетельствовать. Я проехал на Аляску через регионы Сибири. За три года своего патриаршего служения я тридцать девять епархий посетил и скажу, что в регионах гораздо спокойнее. У нас здесь — в Москве, и в Санкт-Петербурге, и, может быть, в Екатеринбурге ещё — страсти гораздо больше бушуют, политические страсти, а в регионах люди спокойнее, они больше думают о завтрашнем дне. Но давайте двигаться дальше. Как с выполнением того, что было достигнуто и подписано?