Она смотрела на меня с видом хозяйки положения.
– У меня, как видишь, точно такой же бейдж, усекла? Я тебе не прислуга, чтобы…
– В твои обязанности входит объяснение работы терминала.
Холодный голос раздался за моей спиной. Я обернулась – надо мной возвышался Свят собственной персоной, снова нацепивший личину серьезного дяди-юриста.
– А ты еще… - она бросила взгляд на его бейдж, висящий на широком красном шнурке и тут же испуганно захлопала ресницами, выпустив из рук телефон и чуть не вытянувшись по стойке «смирно». – Извините, я просто не видела вас раньше. Что вам положить?
– Сделай мне кофе. Я сам объясню работу терминала новой сотруднице, – лениво бросил Свят и потерял к девушке всякий интерес, повернулся ко мне и осторожно коснулся моих онемевших пальцев, сжимающих бейдж. – Смотри, вот сюда… – держа меня за руку, он коснулся моим бейджем дисплея, который я приняла за часть кассового аппарата. На экране тут же появилось нехитрое меню столовой. – Теперь сюда, – он моим пальцем коснулся иконок, соответствующих выбранному мной салату и супу, – чай, кофе, сок?
– Сок, - эхом повторила я, глядя на свой палец в его руке. Рука у юриста оказалась мягкой и очень теплой. – Ананасовый.
Он ткнул моим пальцем в соответствующее меню и выбрал в открывшемся списке «ананас». Потом нажал «подтвердить», и из едва заметной прорези в нижней части дисплея показался краешек чековой ленты, а экран снова потемнел.
– Вот и все. Не обижайся на девушку, она просто устала. Ты бы видела, что здесь творится в обед, - Свят широко улыбнулся. Белая как мел работница кафе протянула ему бумажный стакан с кофе. – Здесь рядом небольшой парк, туда здесь обычно ходят пить кофе после обеда. Я буду там, если что.
Он кивнул девушке за кассой и поспешно удалился, оставив мои пальцы мерзнуть в отсутствие его тепла. Кассир торопливо поставила мой суп в микроволновку, подхватила поднос с салатом и соком и сама отнесла на столик, стараясь не смотреть мне в глаза. Вручая мне подогретую супницу, девушка едва слышно произнесла:
– Попроси его не жаловаться, я случайно. В общем, прости, – и убежала за стойку, все также пряча взгляд.
Однако. Что за ерунда с этими шнурками? Я осмотрела свой бейдж: на пластиковой подложке имелась моя фотография, фамилия и имя, какой-то штрих-код. Больше никакой информации. Шнурок тоже самый обычный, зелененький, такие часто вставляют в кроссовки. Перевернула его и разглядела едва читаемую надпись, вытканную на самом шнурке: «IV lvl». Четвертый уровень? Это хорошо или плохо? Если от этого шнурка настолько зависит отношение коллектива, то мне определенно нужно разобраться в этом деле.
Глава двенадцатая
Я никогда так быстро не ела, едва не запивая салат борщом. Стакан сока вообще осушила за пару секунд, залпом, едва не залив кисло-сладкой жидкостью блузку. В конце концов, промокнув салфеткой губы, я отнесла поднос с посудой на стеллаж с другими аналогичными и подошла к кассе, чтобы получить кофе. В конце концов, если Свят сейчас снаружи, мне нужен благовидный предлог, чтобы незаметно получить нужную информацию. Ждать в нашем кабинете будет глупо: конец рабочего дня все-таки, и если он решил попить кофе, ничто не мешает ему прямо с лавочки шагнуть в метро и до завтра исчезнуть из поля моего зрения. Мне нужно знать все и сейчас. Не знаю, зачем, но обязательно нужно.
Кофе мне принесли без вопросов, стоило только щелкнуть бейджем по дисплею и выбрать напиток в меню. И, получив отмазку в большом бумажном стакане, я смело двинулась к выходу.
На улице было солнечно и тепло: несмотря на близость метро, внутренний дворик офисного здания был чистым и тихим. Здесь было разбито подобие парка, крохотного и крайне удачного для неспешного смакования кофе в перерыве между работой и работой. Свят обнаружился быстро: судя по тому, как высоко он запрокидывал стакан, я едва успела поймать его раньше, чем закончился кофе. А потому в темпе зашагала к лавочке.
– Отличная погода, – я села к нему, почтительно удерживая расстояние в четверть лавочки. – Самое оно, чтобы пить кофе в парке.
– Желательно подальше от людей, – поддержал Свят, продолжая созерцать небольшой фонтанчик в центре импровизированного парка. – Больше тебя не обижали?