– Молодой человек, я уже вызвал скорую, – невидимый говорящий обращается не ко мне.
Я в это время должна быть в отключке, разве нет?
– Я не хотел! Я не быстро ехал, я вообще едва полз! Как… как она… и та, вторая! Она все видела!
– Вы сбили человека. И свидетель это только подтвердит.
Голос невидимого мне человека звучит уверенно, в то время как у мальчишки дрожит; он спотыкается на каждом слове, что-то мямлит – не могу разобрать… все сливается в сплошную кашу звуков. И я наконец-то просыпаюсь.
От будильника, черт возьми! Я доспала до утра! Я легла к половине одиннадцатого и проспала до самой работы!
Лениво потянувшись, медленно, с большим удовольствием встаю с кровати. Да, комната у меня определенно пустовата… надо цветов купить. В горшках, вон на те полки и поставлю. Иначе зачем в доме полки?.. Их пустота почему-то действует на нервы. Позевывая, довольная жизнью, добираюсь до кухни. Свят, получается, не соврал? Там правда был какой-то мужик? Форму не видела, но судя по разговору – очень похоже на полицейского. Или это мое воображение подстегнуло сон идти «не в ту сторону»? Я слишком доверяю Святу?
Включаю телевизор больше по привычке; на экране какая-то утренняя передача, где неприлично довольные жизнью ведущие с белыми кофейными чашечками в руках радостно расспрашивают о жизни и работе какого-то актера. Возможно, известного, или даже хорошего – я не особенно разбираюсь в актерах.
– А женщина вашей мечты, Александр? Какая она? – улыбается ведущая.
Забираю чашечку кофе из кофе-машины. Впервые не перепутала режимы, и это почему-то неприлично радует.
– Видите ли, Ирина, я еще не встретил свой идеал. Думаю, – актер мечтательно уставился в потолок и пригладил аккуратную бородку. – Она рыжая. Огненная, непредсказуемая, очень яркая. Знаете, такая… женщина-праздник, – актер улыбнулся в камеру, нарушая негласный закон таких передач, и тут же обернулся к ведущей.
Как раз рыжей. Та мигом зарделась и в наигранном смущении сообщила:
– Вы всем женщинам такое говорите?
– Нет, только восхитительно-огненным, – отозвался актер Александр.
– Мы продолжим интервью Александра Медведского сразу после короткой рекламы, – обрадовал соведущий рыжей женщины-праздника. – Оставайтесь с нами!
Делаю глоток кофе, глядя, как на экране туда-сюда проносятся поющие подушечки жвачки. Актеры, они же… на интервью, как бы, тоже в образе? Создание собственного имиджа, самопрезентация – все это мы проходили в универе. Кажется, тогда преподаватель говорил, что известные люди стараются соответствовать среднему представлению целевой аудитории об идеале. Проще говоря, нравятся среднему обывателю нужного пола и социального положения. Значит ли это, что средний мужчина возраста этого Александра предпочитает огненно-рыжих непредсказуемых женщин? Или таких женщин больше всего среди поклонниц Александра? Я отставила кофе и подошла к зеркалу.
Как должна вести себя «огненная женщина-праздник»? Улыбка уверенная, брови изогнем чуть надменно… нет, я так похожа не на праздник, а на предвестника скорого убийства. Взгляд сразу такой злобный… ну-ка, а если повернуться в профиль? Как я вообще выгляжу в профиль?.. Кривляние прервал звонок мобильника, и я почувствовала себя так, будто меня поймали на месте преступления. Женщина в зеркальном отражении выглядела смущенной и даже немного покраснела. А почти сразу и вовсе выпала в осадок – я запоздало поняла, что рот открылся сам собой, а глаза расширились и стали почти круглыми.
Потому что на дисплее за полчаса до начала рабочего времени светился номер Свята, на кой-то ляд переписанный мною вместе с номерами остальных коллег. У него мой номер тоже нашелся, и вот, он звонит. За полчаса до работы.
Зачем?!
Глава тридцать третья
– А… алё? – в горле мигом пересохло.
Черт его знает, чего я так испугалась, но сердце сейчас колотится где-то в горле, нервно подпрыгивает и будто бы мешает дышать. Пальцы, сжимающие телефон, мигом вспотели и намертво вцепились в трубку, чтобы точно ее не уронить.
– Наташ, я у твоего подъезда. Ты спускаешься? – буднично поинтересовался он.