— А я все гадала, Ванилия, как ты собралась ко мне возвращаться, а ты решила родиться моим ребенком? Что ж, я буду безумна рада, если ты не сгинешь где-то в пространстве и останешься со мной. Маленький мой, я люблю тебя и мне абсолютно все равно, какого ты пола, ты мое счастье, а для меня сейчас ты самое главное, что только есть в этой жизни. Я буду считать каждую минуту до того момента, когда смогу взять тебя на руки и целовать каждый твой пальчик, носик, щечки, глазки, когда буду нежить в своих объятиях, кормить своим молоком. Мне есть ради чего бороться и жить!
Немного посидев, я открыла пачку писем, перевязанных зеленой лентой. Это были письма матери Абеларии к мужу и его к ней. Читала и плакала. Как они любили друг друга! Сколько нежности, любви, ласки и заботы было в простых и бесхитростных словах этих любящих! До глубокой ночи читала и чувствовала белую зависть. Они любили, по-настоящему любили друг друга и дочку, мне жаль, что у моего ребенка не будет отца, ведь Ален не поверит мне, даже если сказать ему правду.
Спать легла уже под утро, а часа через четыре меня подняли, сонную одели и, завернув еды на завтрак и обед, усадили в карету, удобно устроив и плотно укутав в теплый плед. Колеса и кованые копыта лошадей застучали по брусчатке, потом по дороге, экипаж мягко покачивался на рессорах, вскоре я опять уснула.
В уютной гостиной в большом камине потрескивал пляшущий на поленьях огонь. У камина стояли два кресла, в которых расположились Его Величество вице-король Риар и его кузен герцог Арвиаль. Они выпивали и негромко беседовали, именно так это казалось со стороны, но на самом деле герцог упрашивал короля перекинуть дело баронов другому следователю:
— Вы же понимаете, что я больше рисковать Изабелль не могу. — Король недовольно сказал:
— С каких пор тебя волнуют женщины. Конечно, я хорошо понимаю, что на баронессе де ла Барр ты собрался жениться, но бросать дело. — Герцог терпеливо объяснял:
— Я его полностью подготовил, осталось только выловить самих баронов и их пособников, вы же хорошо понимаете, что это может затянуться на года, не только на месяцы. — Король смешливо посмотрел поверх бокала на напряженного кузена:
— Что я слышу, неужели наш жестокосердный герцог Арвиаль наконец оттаял и готов предложить свои немолодые потроха молоденькой девушке? — Арвиаль только скрипнул зубами, он пришел, чтобы уговорить, а не ссориться, а король как нарочно выводит его из себя.
— Да, я желаю, чтобы баронесса стала моей супругой. — Король немного подумал, посмотрел на огонь:
— И для этого ты с таким свистом выгнал графиню де Лордэ?
«Боги, какая мука, Риар теперь будет еще и все сплетни разбирать», — подумал герцог, вздохнул и стал рассказывать о последнем событии, опуская то, что, выпив бутылку вина, разделил постель с баронессой, об этом не надо знать никому, заметив только, что графиня де Лордэ трижды пыталась опоить его, и при последней попытке ее поймали за руку. Король хохотал, а потом с грустью заметил:
— А меня женщины так не любят, делят постель только ради денег и популярности. — Арвиаль только хмыкнул, а что он мог ему сказать в ответ. Потом король решительно сказал. — Хорошо, подбери сам того, кому передашь свое дело, и привези баронессу на бал, хочу на нее посмотреть — будущую герцогиню Арвиаль надо знать в лицо, иначе на свадьбе нечаянно ошибусь, — и опять расхохотался.
Арвиаль выдохнул — разрешение получено, можно спокойно готовиться к свадьбе, а не откладывать, надо срочно вызывать мать из столицы. Простившись с королем, быстрыми шагами вышел из гостиной и отправился в сыск, собрать документы по делу баронов графу Валентайну, его хорошему другу, с которым он ранее договорился.
Король долго еще сидел в кресле, любуясь всполохами огня, потом позвал секретаря:
— Эмунд, напиши приглашение на бал баронессе де ла Барр и отправь с нарочным, передай ей устно, что желаю ее видеть на своем празднике, — взмахом руки отпустил секретаря, а сам подумал, что если девица хороша, то можно ее оставить и при дворе, Арвиаль будет в сыске, а что делать молодой женщине дома, пусть крутится во дворце, если так умна, что смогла окрутить такого завидного жениха королевства.