Я положила руку на его плечо и, склонившись к уху, прошептала:
— А Вы в курсе, что Вас разыскивает Орванн, грозясь убить за помощь герцогу? Вы ведь его агент, не так ли? — мужчина улыбнулся и не стал отрицать:
— Да, я агент тайного сыска. — Хм-м, как-то просто согласился:
— А чем докажите? — Он понял мое недоверие:
— Тем, что поможем всем вам бежать отсюда, отвезем вас в Абберанию, к Его Светлости герцогу Арвиалю. Это его приказ — помочь Вам и защитить.
— А кто с Вами?
— Мой помощник — Лен. — Что ж, это уже лучше, но я поеду на козлах рядом с ним. Отвела девочек в сторону и объяснила ситуацию, мои спутницы согласились. Тогда я снова обратилась к нему:
— Простите, я не знаю, как Вас зовут… — Он перебил и слегка поклонился:
— Лион. — Было неудобно не представиться в ответ:
— Белль. Лион, пусть Лен возьмет еще одну лошадь и отправится верхом на ней. Как только мы выедем за пределы ворот, ему нужно поехать вперед и предупредить Его Светлость о нас, так как нас могут преследовать, а он приведет охрану для графини. — Он хмыкнул:
— Благоразумно, — и позвал помощника, чтобы распорядиться о дополнительной лошади. Я этим самым убила двух зайцев — если наш агент настоящий, то нас встретит сопровождение и горячие объятия герцога, а если нет, то этого гада я просто скину на скорости с козел.
На все у нас ушло не менее двадцати минут. Лия с Аннарией села в карету, а я на козлы с Лионом, который весело хмыкнул, но ничего не сказал. Лен ехал верхом. Но наша фортуна какая-то пьяная или уневеренная, не успели мы выехать к воротам, как наперерез нам кинулся Жарис с громким криком:
— Стоять! Стой! Стража! Грабят!
Свистнул кнут в руках Лиона и опустился на кучера, потом свистнул второй раз и прошелся по спинам лошадей, которые прыгнули и понеслись — цокот их копыт стоял на весь двор — карета вылетела из двора и помчалась по аллее. Тем временем, я успела кинуть взгляд назад и вскрикнула ужасе: на первом этаже зажигали огни, и Орванн в одном исподнем выскочил во двор. Да что ж за судьба такая невезучая!
Лион погонял лошадей, я крикнула ему:
— Впереди подъездные ворота запертые. — Он ухмыльнулся:
— Открыл еще с вечера. Мы искали тебя, пока случайно не услышали от одной служанки, что тебя заточили в темнице. Не думал, что ты настолько шустрая, чтобы сбежать. — Хмыкнула. Жить захочешь и не на такое пойдешь. Пронеслись мимо ворот, Лион крикнул помощнику. — Скачи к Его Светлости, пусть подмогу высылают, буду, как смогу, оберегать свидетельниц!
Лен кивнул и умчался вперед. У нас появился шанс не просто выжить, а выкарабкаться из этого дурацкого положения. Лион погонял лошадей, стараясь выиграть время; карета скрипела, но выдерживала скачку; мы приближались к лесу.
Глава 8
Если на открытом пространстве и более менее прямой дороге нам удавалось сохранить скорость, то въехав под сень деревьев, скорость пришлось немного снизить, так как мы видели лишь тот промежуток, который освещали фонари, висевшие по обоим краям кареты, а что впереди — ведомо только Богам. Я беспокойно заерзала — нас смогут догнать быстро, в голове уже крутилась мысль, слезть с кареты и погнать лошадей вперед, чтобы пустить по ложному следу преследователей, которые несомненно имеются и уже выехали за нами, а самим уйти поглубже в лес и добираться пешком. Но Лион неожиданно сказал:
— У меня в правом кармане куртки есть заряженный пистолет с разрывными пулями, всего их там три штуки, возьми себе и береги патроны, — помолчав некоторое время и вновь набирая скорость, заметил. — Ты необычная девушка, Белль, я заметил это давно. — Я замерла, насколько это было возможно, при быстром движении, неужто понял о моем переселении, сглотнула:
— В чем выражается моя необыкновенность?
— В том, что для тебя не существует социальных границ, равно общаешься и со слугами, и с господами, это бросается в глаза, баронесса. — Опля, и этот знает мое происхождение, что ж:
— Я ценю в людях их отношение ко мне, суть человеческую, а не то, какую социальную ступень занимает тот или иной человек. — Взяв пистолет, сунула в карман своего рабочего платья. — После разорения со мной уехали только мои преданные люди из низших слоев, а гадость сделали аристократы, так что ничего удивительного нет, Лион.