Бал подходил к концу и Арвиаль предложил подвезти меня, уехать чуть раньше, чтобы поговорить без помех в его карете. Я без колебаний согласилась и нашла Арлийскую:
— Сесиль, я хочу вернуться домой чуть раньше, меня герцог Арвиаль отвезет, — она только чуть вздернула в удивлении бровь, но промолчала, не задала вопросов, и согласно качнула головой:
— Езжай, я сама сообщу Маэлю.
Быстро прошла к выходу, чувствуя, как мою спину буквально буравит чей-то взгляд, но мне сейчас было все равно, я шла к Алену.
Ален впервые чувствовал себя свободно, будто крылья за спиной расправились, его больше не интересовал выбор, и не было сомнений, кого он хочет видеть возле себя, это впервые после Сесиль. Сейчас он твердо был уверен, что его судьба — Изабелль, она не мечется между ним и еще одним мужчиной, или несколькими мужчинами, нет, она выбрала его и только его, как и он выбрал ее, и с этим выбором согласно его сердце. Первый раз ему было по-настоящему легко и радостно, но все же предстоит серьезный разговор, а для него нужно было не просто уединение, а полная гарантия, что никто не помешает им. Белль убежала сказать Арлийским, что уезжает с ним, а он подошел попрощаться с графом, который сухо ответил ему и одарил тяжелым взглядом:
— Спасибо, что прибыли на мой праздник, — и отвернулся. Арвиаль отошел к двери и стал ждать Изабелль, которая вскоре подошла, сияя улыбкой, и протянула ему руку:
— Идем, я уже предупредила Арлийскую, так что могу со спокойной совестью ехать с тобой. — Он взял ее за руку, переложив затем на свой локоть, и они вышли, направляясь через все коридоры, фойе к карете герцога.
— Так о чем ты хотел со мной поговорить, Ален? — спросила Изабелль, сев в экипаже напротив герцога, который на пару секунд задержался возле кучера, поясняя тому маршрут, помог ей подняться в карету, лишь после этого устроился сам. Мужчина стукнул по передней стенке кареты, и когда зацокали копыта четверки лошадей, он вполголоса заговорил:
— Я хочу сразу прояснить пару вопросов, чтобы у тебя не было обиды: во-первых, пора расследование не закончено, тебе придется находиться у Арлийских, потому что меня могут отстранить от дела, заявив, что я заинтересованное лицо. — Он взял ее руки в свои. — Я не отказываюсь от тебя, а прошу лишь немного подождать, дело вот-вот закроют. — Девушка тяжело вздохнула:
— У меня все равно нет выбора, буду ждать. Что же второе?
— Во-вторых, сегодня ночью должна приехать моя мать и ее протеже, завтра я объявлю им о своем решении и попрошу переехать во дворец, но обычно переезд решается в несколько дней, так как своих постоянных и закрепленных за ними комнат у них нет, а впереди королевский бал, поэтому мне придется их терпеть несколько дней. Я тебя предупреждаю об этом, чтобы ты не думала ничего лишнего.
Изабелль вздохнула еще тяжелее:
— Ален, у меня нет выбора, буду ждать, а думать и ревновать все равно буду, здесь, увы, ни логика, ни трезвые суждения не помогут — такова любовь.
Арвиаль пересел к девушке и обнял ее, пряча в ее волосах лицо:
— Ревность — это пустая трата времени, я хочу быть с тобой, — баронесса сильнее сжала его руки и прошептала:
— И я! Я очень хочу быть с тобой, засыпать и просыпаться рядом, быть и днем, и ночью вместе. Я могу помогать тебе в расследованиях, ведь многое из моего мира еще неизвестно здесь и может реально помогать тебе распутывать дела. — Герцог отпустил ее лишь на секунду, чтобы повернуть лицом к себе и, склонившись, сказать:
— Я очень рад, что мы смогли найти общий язык в этих двух вопросах, и от помощи никогда не откажусь, если только ты не будешь лезть под пули и мечи, — и, наклонившись, поцеловал, чувствуя, как его охватывает эйфория от этого прикосновения и просыпается вполне материальное физическое мужское желание.
Я была удручена услышанным, особенно это касалось графини, которая была знатнее, богаче и красивее меня. Конечно же, Алену я верила, ему просто не было смысла обманывать: если бы не хотел быть со мной, то сказал бы это. Но протеже его матери за те несколько дней, которые проведет под крышей его дома, может сыграть с ним злую шутку, особенно, если услышит, что он решил выбрать другую. Очевидно, герцог почувствовал мое состояние и, пересев ко мне, стал целовать такими крышесносящими поцелуями, что мозг отключался, как глючащий процессор, а в глазах мелькали звездочки. Наш поцелуй прервался остановкой — карета подъехала к дому Арлийских. Я с сожалением вздохнула: