– Что значит, нет старших по званию?! Я беру командование на себя и жду подробных отчетов у себя в отсеке. Также туда принесите мой обед с дополнительными параметрами по углеводам и жирам. Организму нужно восстанавливаться.
– У вас нет отсека. – Сообщила Эмбер, завершая сканирование, и, удовлетворенно кивнув. – Прошу вас пройти обратно к транспортировочной капсуле и вернуться в свою стазис-капсулу.
– Вы в своем уме?! – Нортон с чувством схватил Олис, стоящую ближе всех за воротник полу расстёгнутого комбинезона.
– На сто процентов. – Спокойно заверила его Искин и щелкнула пальцами. Мужчина дернулся, прижимая ладонь к своему уху. Зонд впрыснул снотворное.
– Ну и здоров же коняга! – прокричала Эль, понимая, что дозировка недостаточна. Олис испытала удар на себе, отлетев к стене, и, стукнувшись со звуком сминаемого железа.
– Кто ты вообще?! – вскрикнул Генри, глядя на поломанного киборга, затем угрожающе повернулся в сторону Фила. Ошибиться было нельзя! Лорик уверенным движением надавил большим пальцем Нортону между бровями, на один сантиметр выше переносицы. Этого было явно не достаточно. Поймав занесенную для удара руку второй ладонью, астронавт нажал на тыльную сторону запястья, а когда Генри слегка обмяк, довершил усыпление, найдя сонную артерию, и, окончательно вырубив мужика.
– Вопросы еще будут, почему нельзя проводить поднятие мертвых из капсул без меня?! – рявкнул Фил на притихших женщин. – Олис чиниться, а Эмбер на завтрак. Если тошнит, то капельница! А я пошел верну Этого… на место!
Глава 28
Фил сидел в кабине шаттла и ел дымящуюся лапшу без срока годности. Вкусовые рецепторы шкалило – то ли от высокой температуры, то ли от непередаваемого вкуса. Все-таки, еда, созданная больше четырех тысяч лет назад – была совсем другим делом!
Нужно было продолжить сканирование, впереди было еще три с половиной сотни мертвых, теоретически, агрессивных и недисциплинированных пациентов в своих стеклянных гробах.
– Ну, что, спящие красавицы, – похлопал по куполу, рядом с которым, для отметки, лежал сканер, Лорик, – скоро будете есть свои вкусняшки, если найденная нами планета окажется пригодной… если, конечно, Олис разрешит и не будет бурчать, что испортились.
Тут разум что-то резануло не состыковкой, но пока было не ясно, что именно.
Снова кинув сканер к очередной капсуле, астронавт замученно поднял глаза на человека, находящегося внутри. Лицо было без эмоциональным и абсолютно не знакомым. Сморщив брови, Лорик поднялся с колен и, уже не заботясь о закладке, пробежался вдоль подсвеченного «рыбьего костяка» дальше, заглядывая в каждую капсулу, в поисках знакомых лиц. Ну, не может же быть, что он никого не знает! Или может? И узнать о том, кто же главный по званию – тоже не помешало бы. Сомнительно, что Нортон является капитаном, потому, что любой капитан, как известно, отличается сдержанностью, дисциплиной, и вниманием к деталям. Импульсивных и нервических главными не назначают.
В кабине горела голубая подсветка, действующая немного успокаивающе, после мертвенно бледного света космического «морга». Лорик зашел в личный кабинет, автоматически набрав логин с паролем, и открыл список пассажиров. Нестройный ряд фамилий и имен, следующая графа пол, потом возраст, дальше более детальные данные, касающиеся резуса и группы крови и прочих биометрических параметров…
– В каком году ввели обязательное знание интергалла, универсального общеупотребительного языка? Кажется, во время моего детства оставалось всего несколько полудиких островов, не владеющих общеразговорным. Какова вероятность, что туземца взяли в экипаж и дали должность? Зачем Лингвиальный несесер? Слишком уж Нортон был уверен, что его должны понимать…
Данные грузились медленно, словно шаттл устанавливал связь со станцией, настолько удаленной, что связи почти не было. Пару раз прерываясь, монитор, все-таки, загрузил карту. Два кружочка с контурами материков и островов подернулись и медленно начали окрашиваться в зеленый – данные о языковом владении местных жителей. Красными остались только несколько крайне северных точек. Фил улыбнулся: «Хранители знаний» – так говорили о северных старообрядцах, дичащихся централизации.
Лорик, казалось, поймавший интересовавшую птицу забвения за хвост, не хотел ее отпускать и снова углубился в таблицы. Северных диалектов насчитывалось немного – около семи. Введя интересующие слова в поисковике, мужчина начал листать колонки, практически не отличавшиеся между собой. Говорят, все языки изначально произошли от одного, самого древнего, поэтому, самые важные слова, типа «мама», «молоко», «есть», «пить», «голова», «рука», – были похожи, отличаясь, буквально только второй гласной. Вбив слова приветствия и вопросы координации: «Где я?», «Кто я?», «Что случилось?» – Лорик потерпел фиаско: не было ничего даже похожего!