- Тебе придется научиться контролировать ее, если не хочешь, чтобы с тобой произошло то же, что и с сестрой, - он вышел, кидая мне куль с одеждой.
Тогда я не поняла, почему он сказал именно это, и в чем я виновата. Чуть позже мама объяснила – я тоже Омега. Та волчица, на которую делает стойку любой самец, та, которая не подчиняется ни одному Альфе, оставаясь независимой. Та, которую нельзя подчинить… но можно сломать…
Спустя одиннадцать лун я смогла перекинуться сама, почти без боли и мучений. Я оттачивала мастерство, оборачиваясь снова и снова, я училась контролировать порывы моей второй сущности, чтобы не дать ей сдать нас в самый неудачный момент. А таких становилось все больше. Местный глава ни раз приходил к отцу, говоря, что пора дать клятву клану. Отец отказывался. Местный давил. Говорил, что клан за чужаков не заступается. Как чувствовал, гад...
В один из дней, несколько месяцев спустя, после прогулки с Бобо, мы вернулись домой, где я нашла своих родителей растерзанными. Разорванные глотки, вывернутые наружу внутренности, терпкий и стойкий запах крови… Вонь псов Ариса я уловила сразу… Они нас нашли … В сердце разлилась горечь и тревога едким раскаленным оловом. Боль, страх… Все тяжелым комом сплелось внутри, разрывая меня изнутри на миллион осколков.
Помню, как просидела целую ночь с Бобо на руках у тел убитых родителей… Один на один со своей болью и одиночеством…
Мне было всего двенадцать, когда я повзрослела. Я открыла газ в доме, приютившем нас на некоторое время, а выходя, кинула зажигалку. Газ взорвался, быстро разнося огонь и стирая следы нашего существования. С Бо на руках я пошла пешком в противоположную от деревни сторону. Когда в поселении увидят пожар, мы будем далеко.
С того момента я несла ответственность не только за себя, но и за Бо. Арис должен думать, что в той избушке погибли мы все. В каком-то смысле так и было…
С малышом Бо мы добрались до автостанции, где я купила билет на последние деньги до ближайшего небольшого городка. В Архус – самый маленький и криминальный город в этой части страны, мы прибыли утром. Я пошла в сторону полицейского участка, сказав, что потерялась. Малыш – мой брат. Не долго думая, что с нами делать, шериф отправил нас в приют, который, могу заметить, не пустовал. И местные его обитатели новеньких не любили. Каждый день и трех лет был наполнен борьбой с окружающими за место под солнцем, еду, возможность жить.
Приют оборотней, это особенное место. Обозленные, брошенные маленькие и не очень дети, в руках которых не управляемая волчья сила и мощь. Злые на весь мир, они с радостью показывали эту силу всем, кто, как им казалось был меньше и слабее. Спустя пару выбитых зубов и растяжений, я отвоевала место не вожака, но приближенного к нему человека, даже не перевоплощаясь. Сила волчицы росла, я научилась использовать ее в человеческом виде, поэтому очень быстро освоила некоторые весьма болезненные приемы и удары. От нас с Бо стали держаться на почтенном расстоянии, а негласный глава бродяг приюта – парень по имени Руфус – признал, что я имею право на место под солнцем.
Руф был Альфой местного розлива, даже при отсутствии силы, присущей вожакам, он умудрился подчинить себе самых отъявленных разгильдяев и головорезов. Его слушали все, но ему было семнадцать, когда мы познакомились, а значит, вскоре, Руфу предстояло покинуть стены приюта, присоединиться к стае и к взрослой жизни, к которой он активно готовился, организовывая вылазки в чужие дома.
Что уж тут скажешь, я присоединилась к этому виду заработка. Тем более теперь никто не грозился у меня деньги отобрать. Мы выходили дважды в неделю, когда дежурил охранник, на которого у Руфа был компромат. Вскрывали в основном небольшие дома, брали все, что имело хоть какую-от ценность. Я в силу своих небольших габаритов, но сильного и тренированного тела, заползала по вентиляции в дом и открывала его изнутри. Сбывал краденый товар другой помощник Руфа – Лик. Как он это делал так, что нас никто не заподозрил долгое время, загадка. Но лишних вопросов я не задавала. Мне платили, я копила деньги, чтобы уехать с Бо, как только мне стукнет 18, и я смогу оформить опеку. Благо, базовую учебу оплачивал город. О том, что малыша Бобо мне могут просто не отдать, на тот момент я даже не думала…