— Лестницу вытянули.
— Они уходят?
— Пока нет движения.
— А катер?
— Остался на воде. Внутри никого не вижу.
— Неужели они вот так бросят его? Было бы здорово.
— Здорово в каком плане? Мы не сможем выбраться на нем с острова.
— Там есть радиостанция.
— На фига нам вторая, если от первой толку нет?
Бишоп что-то сказал, но внимание Термита переключилось на сухогруз, и он прослушал. На судне зашевелились. Из-за борта высунулось несколько фигур — с такого расстояния они были похожи на одетых муравьев. У одного из муравьев вдруг что-то вспыхнуло ярким пламенем в передних лапках, он размахнулся и швырнул сгусток огня вниз.
Огонь угодил в катер. Пламя растеклось по кабине и встало дыбом. Оно только распробовало угощение на вкус, как в крышу кабины прилетел еще один снаряд. Третий угодил в кормовой кокпит. Кто из муравьев швырялся огнем — один стрелок или несколько, — Термит не успел заметить.
— Они подожгли катер, — сообщил он, наблюдая за огнем, стремительно набирающим силу.
Бишоп растерянно переспросил:
— Подожгли, прежде чем уползти на сухогруз?.. Я не понял… Как они не побоялись подпалить за собой лестницу?
— Нет, подожгли дистанционно. Кинули сверху пару «молотовых».
— Сверху? — поразился Бишоп. — Такой меткости можно только позавидовать…
— Набили руку на туристических яхтах, — ответил Термит, даже не пытаясь шутить. — Наверняка практиковали разные способы: сегодня — из РПГ, завтра — коктейлем, послезавтра — взрывчаткой. «А эту мы в дрейф отправим, пусть в новостях голову ломают, откуда и как».
— А ведь ты можешь быть прав…
— Еще как могу.
— Рано мы катер делить начали…
— Да и черт с ним. Пусть подавятся.
— Ну, хоть не яхта — уже хорошо. Не так обидно. — Бишоп помолчал. — Ты видел среди них Захара?
— Видел, конечно. Узнал по бриллианту в ухе — так, сука, в глаза бил, что я чуть не ослеп.
— Не выеживайся.
— Я вообще никого в лицо не разглядел. Девчонок по длинным волосам и голым ногам определил. Остальные, как жуки, цепочкой по судну заползли — и бывай.
— Помнишь, ты говорил, что пираты могут взбунтоваться?
— Ну, говорил. И что?
— А если они оставили Захара на острове?
— Как человек, успевший узнать его лучше вас всех — неужели я это сказал? — ответственно заявляю: Захар ни за что не согласится так просто сложить корону. Им пришлось бы пристрелить его, как бешеного быка. Или ему — схлопнуть остаток своей команды. Без кровопролития точно не обошлось бы.
В небо потянулись рваные хлопья дыма. Поначалу блеклые, сероватые, но по мере того как огонь насыщался кислородом вприкуску с алкоголем «молотовых», они уплотнялись, надувались и чернели, как грозовые тучи.
Термит направил бинокль на сухогруз, но из-за борта уже никто не выглядывал. Огненные муравьи разбежались, а судно, набив брюхо сдобными сумками, после недолгих раздумий медленно и тяжело снялось с места и навострило нос на горизонт.
— Собирайтесь, — сказал Бишоп. — Иначе не успеете вернуться до темноты.
— Я останусь еще на день.
— Макс, зачем?..
— На всякий случай.
— Думаешь, нас обманули?
— Нет, не думаю. Но вдруг забыли выключить свет или печку?
— Давай серьезно.
— Извольте, — светским тоном отозвался Термит. — Мне будет спокойнее, если я останусь и понаблюдаю.
— А что потом?
— Потом, чтобы не таскаться на маяк сменами, переедем ближе к берегу. На наше место.
— И бросим машину?
— У нас есть палатки. Без крыши над головой не останемся.
— Я не об этом… Отказавшись от машины, мы потеряем возможность быстро уехать.
— Оставшись куковать на задворках острова, мы упустим возможность вовремя заметить судно и привлечь внимание.
После некоторых раздумий Бишоп согласился, но, судя по голосу, с большой неохотой, переступая через свои сомнения.
— Сейчас вроде ситуация наладилась… Я боюсь, как бы наш переезд все не испортил.
— Мы посидим на дорожку — и нормально будет.
— Хватит паясничать, — раздраженно процедил Бишоп, совершенно не настроенный шутить.
— Выдохни, камрад. Как написали бы в исторических книгах, мы обратили своего врага в бегство. Осталось дождаться помощи.
Глава 27
Переезд занял целый день. Пикап они спрятали у дороги, где Арчи нашел военное укрепление, и оттуда перетаскали сумки на горбу. Палатки поставили на месте старого лагеря, в прибрежной пальмовой роще. Соорудили двухскатный навес для сумок, накрыли его брезентом, который предусмотрительно захватили из кузова пикапа, а на берегу приготовили четыре больших очага: ночью будут гореть сигнальные костры.