— Потом принесем, — отмахнулись пираты.
В клетке, рассчитанной на два человека, сложно было уместиться втроем, но сажать раненого пленника отдельно пираты не стали, чтобы в случае чего кто-нибудь мог оказать ему помощь. Или добить.
— Как ты, приятель? — спросил Термит.
Бишоп одной рукой притянул товарища к себе и обнял, а затем, отстранившись, заглянул в уставшие глаза.
— Мы знаем, что ты сделал. И я не представляю, как выразить свою благодарность… — Он замолчал, перебирая в уме слова признательности, но все варианты «спасибо» показались ему невыразительными. Бишоп не смог подобрать ничего подходящего и просто еще раз крепко обнял Синоптика.
Тот ничего не сказал, на объятия не ответил — сидел с таким видом, словно его это не касалось.
— Выглядишь как полное дерьмо, — признался Термит. — Как ты себя чувствуешь?
— Боюсь, если я начну описывать, это займет много времени. — Синоптик обменялся приветствием с Филом и Крекером и жестами объяснил, что он в порядке. — Мне сделали несколько внутримышечных инъекций, в том числе для купирования боли.
— Медик сделал?
— Да.
— Настоящий медик или суррогат? — полюбопытствовал Термит.
Синоптик поглядел на него с легким недоумением.
— При чем тут суррогат?
Термит усмехнулся.
— Извини, забыл, что ты с юмором не дружишь. Ты так похож на обычного человека, что меня это путает. — Он задал более понятный вопрос: — Что ты скажешь о медике? Я хочу знать, настоящий ли это врач или обязанности эскулапа здесь исполняет мясник с базовым набором медицинских знаний.
— Почему это тебя интересует? — не понял Бишоп.
— Я просто хочу понять, как местный эскулап утрамбовал в голове клятву Гиппократа с тем, чем он здесь занимается. По-моему, это давно бы уже порвало пространственно-временной континуум и вселенная схлопнулась от такого диссонанса.
Бишоп бросил на него раздраженный взгляд.
— Скажи, мне каждый раз надо с тобой спорить на деньги, чтобы ты хоть сутки побыл серьезным?
— Ты сам себе ответил.
— Не могу сказать, квалифицированный это врач или его способности ограничены только необходимыми знаниями… — вставил Синоптик. — Я очнулся уже после того, как мне оказали помощь, и у меня не было возможности понаблюдать за ним. Но свою работу он выполнил.
Синоптик указал на голень: сквозь дыру на штанине просвечивала пухлая стерильная повязка, закрепленная пластырем.
— Погоди, но кость не задета, я правильно понял? — спросил Термит. — Пуля навылет, что ли, прошла?
— У меня касательное ранение.
Повисло восхищенное молчание. Термит в знак почтения изобразил, как снимает перед Синоптиком шляпу.
— Ну ты и везунчик! А эти козлы ничего не заподозрили, когда ты без рюкзака вернулся?
— Нет.
— Вот дебилы! — хохотнул Термит.
— Ты видел главного? — Бишоп внимательно посмотрел на Синоптика. — Они говорили о каком-то Шкипере…
— Нет. Но может быть, он видел меня… Не берусь утверждать. Я потерял сознание, когда меня грузили в лодку, и очнулся уже в сарае.
— Мы думали, ты в лазарете был, — заметил Термит, и Бишоп вслух согласился с ним.
— Если я и был там, то не помню этого. Я пришел в себя в пустом сарае недалеко отсюда.
— Это там где бунгало стоят?
— Да.
— Пираты говорили, что собираются с нами делать?
— Нет, но как я понял, они хотят выручить за нас деньги.
— Ну, это и козе понятно, — кивнул Термит. — Правда, сомневаюсь, что через выкуп. Они обращаются с нами как с товаром: не трогать, не портить, — явно хотят скинуть кому-нибудь за калабашки.
— За что? — не понял Бишоп.
— За бабки.
— Согласен, — ответил Синоптик.
— Чем быстрее мы отсюда свалим, тем лучше, — добавил Термит. Он легонько толкнул Синоптика локтем. — Мы боялись, что тебя серьезно ранили и ты не сможешь бежать, или тебя не вернут, но теперь нас вообще ничего тут не держит.
— Я не смогу бежать в прямом смысле, но бежать из лагеря я готов.
— Ждем темноты — и делаем ноги.
— Что стало с яхтой? — вдруг спросил Синоптик.
Термит и Бишоп сразу помрачнели, но Синоптик по выражениям лиц читать не умел и продолжал смотреть на друзей в ожидании ответа.
— Разнесли из гранатомета, — сообщил Термит.
Синоптик задумался.
— Термит считает, что у пиратов должен быть спутниковый телефон или радиостанция…
— Не отрицаю такую возможность. Я думал о том, что, раз об их деятельности нигде не упоминается, они промышляют не пиратством, а…
— …торговлей людьми, — закончил Термит. — И сверху еще оружием и наркотой.
— Откуда вы знаете? Вы слышали их разговоры?
— Нет, это Термит предположил.