— Пятеро, — ровно ответил Синоптик, глядя перед собой и не моргая.
Бишоп повернул голову и украдкой глянул на друга, раздумывая над тем, как ему помочь. Надзиратель за спиной пихнул Бишопа в плечо.
— Не крутись.
— Почему приводов шесть? — прошипел Оскар в лицо Синоптику.
— Это мой! — вмешался Бишоп.
Оскар опустил пистолет, подошел к Бишопу и встал так близко, что почти касался его лбом.
— Твой, значит?
— Мой, — кивнул пленник.
— Ты что, какой-то особенный? У всех по одному, а у тебя два?
— Запасной.
— Раз ты все знаешь, может, скажешь мне, чья это записная книжка?
— Моя.
Оскар зыркнул на него и выпустил дым через нос.
— Я смотрю, вам нужен движок, — процедил он, отступая назад. — Ну, так я вам его дам.
Сунув пистолет в кобуру на бедре, Оскар взял у одного из пиратов мачете, прошелся вдоль шеренги и остановился на середине помоста, забросив мачете на плечо.
— Кому принадлежит записная книжка?
— Мне, это моя книжка, — гнул свое Бишоп.
Оскар выкинул сигарету, шагнул к Филу и пристроил мачете к его шее.
— Нет! — Бишоп рванулся к пирату, но его тут же дернули назад, усадили на колени и приставили автомат к голове. — Не трогай его! — вырываясь, кричал Бишоп. — Это моя книжка!
Синоптик беспомощно стоял с краю шеренги, в растерянности наблюдая за происходящим. Почувствовав чей-то пристальный взгляд, он повернул голову и увидел, что на него с любопытством смотрит Захар. На губах пирата скользнула тень невидимой улыбки, главарь моргнул и перевел взгляд на Оскара. А тот, не обращая внимания на шумовую помеху слева, надавил на клинок и медленно провел мачете по шее пленника, наискось от мочки уха.
Фил, зажмурившись, стиснул зубы и тяжело задышал через нос. Оскар сжал его челюсть пальцами и резко притянул к себе.
— Молчишь? Или, может, тебе вкатило? Так давай продолжим! Повернись!
— Оставь его, психопат конченый! — бешено орал Бишоп, вырываясь из рук надзирателей. — Это моя книжка! Моя! Ты оглох, что ли?! Отойди от него, ублюдок!
— Я сказал: повернись! — Оскар вцепился Филу в плечо и повернул.
Взгляд пленника уперся в грудь надзирателю, державшему его на мушке. Оскар задрал футболку на спине Фила и подозвал одного из своих.
— Держи футболку вот так. А ты… — обратился он к Филу, — развернись к свету, а то не видно.
— Стойте! — крикнул Крекер. — Это моя… моя книжка… — добавил он едва слышно.
Оскар вскинул брови.
— Да ладно? Серьезно? То есть это уже не его записная книжка? — Он не глядя кивнул в сторону извивающегося Бишопа, который не оставлял попыток вырваться из рук пиратов. — Как любопытно. Жаль, что поезд ушел.
Он перевернул мачете лезвием вверх и принялся что-то вычерчивать на спине Фила закругленным кончиком клинка. Лицо пленника исказилось от боли, он закрыл глаза и сжал кулаки, но как бы пират ни старался, ему не удалось заставить Фила издать хоть какой-то звук.
— Да ты немой, что ли?! — Оскар рывком развернул его к себе. — Ори, сука! Ори в унисон с корешами! Или хочешь, чтобы я отрезал тебе пальцы?
Фил молчал.
— Эй, Химера! — Оскар махнул пирату, который сидел на стульчике в теньке неподалеку. — Принеси антисептик. Выбери поядренее. Первый акт пошел не по сценарию из-за бездарности актера, но мы это сейчас исправим.
— Пожалуйста, умоляю вас, не надо!.. — Теперь и Крекера держали: пленник хотел встрять между Оскаром и Филом и прервать экзекуцию.
Оскар вытянул мачете в его сторону.
— Смотри внимательнее и не забывай: всё, что происходит сейчас с твоим корешем… — он переместил тесак в сторону неподвижно стоявшего Фила, — как там его… короче, неважно. Так вот, всё это происходит по твоей вине.
— Что вы хотите взамен?.. — в отчаянии спросил Крекер. — Что мне сделать, чтобы вы его не трогали?..
— Ничего. Поздно торговаться. О, а вот и медпомощь! Сейчас мы обработаем раны твоему корешу. Эй, гоблин! — Оскар дернул Фила за волосы, чтобы увидеть его лицо. — Ты меня слышишь? Не отключайся, будь с нами.
Оскар кивнул своим людям.
— Долой футболку, ребята.
Пираты стянули футболку с Фила, вцепились ему в зашеек и ударили по ногам, заставив встать на четвереньки. Фил не сопротивлялся. На мольбы Крекера и нечеловеческие вопли Бишопа никто не обращал внимания.
— Советую всем зажать уши.
Оскар отдал мачете в первые попавшиеся руки, открутил крышку и вылил антисептик Филу на спину. Тот пронзительно заорал и пластом растянулся на помосте, впившись ногтями в доски.
— Ну надо же! — довольно хохотнул Оскар. — Он обрел дар речи! Точнее, крика… Один фиг, главное — он не немой! Аллилуйя!