Свет фонариков вприпрыжку скрылся за углом, голоса оборвались, но сигаретный дым по-прежнему висел в воздухе. Беглец помедлил немного, дав пиратам уйти подальше, и, дождавшись, когда сигаретный дым рассеется, с большим трудом вылез из зарослей. Больная нога увязала в мягкой траве. Синоптика вело в сторону. Он едва не потерял равновесие, но успел ухватиться за кусты и привалился плечом к стволу пальмы. Выбравшись наконец на утоптанную песчаную тропу, Синоптик перевел дух, отер влажные ладони о штаны и заковылял налево.
Оказавшись во дворе, он рискнул включить фонарик. Из темноты выплыли щербатые стены покосившейся хижины и обгрызенная дверь, запертая на металлический засов.
Хижина почти полностью утопала в зарослях карликовых пальм, и со стороны трудно было определить ее размеры. В свете фонаря она казалась немного приплюснутой. На досках отсвечивал серо-зеленый налет старости, кое-где в стенах уже такие трещины, что запросто можно просунуть пальцы. Однажды эта халупа сложится под натиском сильного дождя или ветра или не выдержит осады карликовых пальм и рассыплется кучей гнилых досок, пригодных разве что для растопки костра.
Несмазанный засов поддавался нехотя и возмущенно скрипел, однако дверь открылась на удивление бесшумно. Внутри царила непроницаемая темнота и мертвая тишина, как в кладовке. Прямо напротив, от стены до стены, протянулась деревянная решетка. По другую сторону, прислонившись спиной к стене и забросив руки на согнутые колени, сидел Термит.
Решив, что это вернулся кто-то из пиратов, он поднял голову, но, ослепленный фонариком, был вынужден отвернуться.
— Не свети в лицо, идиот.
Синоптик прикрыл дверь и поковылял к решетке.
— Приемные часы закончились.
— Термит, это я, Антон.
Термит медленно поднялся и приблизился к решетке.
— Ну-ка прибавь яркости.
Синоптик направил свет фонарика на себя. Узконаправленный луч, отразившись от стен, выхватил недоверчивое лицо Термита, оглядывающего Синоптика с головы до ног. Он просунул руку через решетку, дотянулся до товарища и коснулся его плеча, будто проверяя, на самом ли деле Синоптик здесь или только ему мерещится.
— Почему ты одет как эти упыри?
— Долго объяснять. — Синоптик посветил на решетчатую дверь и увидел врезанный в нее сувальдный замок.
Плохо… Булавкой да иголкой такой не вскрыть. Нужны инструменты, чтобы сделать свертыш, а где их сейчас взять?
— Похоже, вы обломались с побегом после того, как эти козлы меня увели…
— Бишоп не хотел уходить без тебя, — ответил Синоптик, шаря лучом по стенам. Вряд ли пираты таскают ключ с собой. — Он пошел искать тебя вместе с Филом. Но к тому моменту уже рассвело. Они наткнулись на пирата и были вынуждены вернуться.
— Ключ на стене рядом с дверью, — сообщил Термит, заметив его манипуляции. И без перехода спросил: — А где был ты в тот момент, когда им в голову ударила эта замечательная мысль: пойти искать меня?
— Я был рядом.
— И почему не отговорил, не заставил их бежать? За мной потом вернулись бы.
— Я уговаривал их не искать тебя, потому что это было опасно. Однако я не стал бы уговаривать их бежать из лагеря, оставив здесь тебя.
— Твою мать, Синоптик! Ладно, они без мозгов. Но ты-то должен был сообразить, что, пока есть возможность слинять, ей нужно воспользоваться! На фига вы остались?
Синоптик отпер дверь. Термит шагнул вперед с недовольным видом.
— На этот вопрос я уже ответил. Мы не рассматривали такой вариант. А пока мы ждали твоего возвращения, уже рассвело.
Термит досадливо цыкнул и взъерошил коротко стриженные волосы.
— Почему ты один? Мы же вместе в клетках мариновались. Или вас разделили?
— Я был в лазарете.
Синоптик шагнул в клетку и поковылял к двери, давным-давно им запримеченной слева.
— Какого черта ты забыл в лазарете? Тебя же вроде подлатали. Там толчок, — бросил Термит в спину товарищу. — Ничего полезного. Я уже проверял.
— Таков был план. Оттуда было проще сбежать.
— И как ты туда попал?
— Фил посодействовал мне. — Продолжая осматривать хижину, Синоптик скользил лучом фонарика по голым стенам. Здесь не было окон — воздух поступал через прямоугольные окошки вентиляции под самым потолком.
— Ну-ка стоять. — Термит удержал его и мягко развернул к себе. — Я чувствую, ты отвечаешь через силу. Что произошло после того, как меня забрали?