Шнуры впивались в руки, но Бишоп продолжал яростно дергаться в надежде сломать подлокотники стула или ослабить узлы. На его паническое хрипение никто не обратил внимания.
— Прекратите! Хватит! Тут пожар! — сипло закричал он. Костерок еще не разросся до размеров пожара, но с легкостью может это сделать, если никто ничего не предпримет.
Мимо скользнули военные ботинки с заправленными в них камуфляжными штанами. Стул с привязанным пленником вернулся в исходное положение. Бишоп растерянно повертел головой и увидел невесть откуда взявшегося Захара в сопровождении двоих пиратов.
Холодно мерцающие глаза вожака обещали самые суровые кары тому, кто все это устроил. Он схватил со стола бутылку с водой, одним резким движением открутил крышку и вылил содержимое на весело плясавший костерок. Пламя с шипением погасло.
Тем временем новоприбывший дуэт вклинился в образовавшуюся кучу-малу, и под напором пятерых человек облепленный телами клубок наконец распался. Потрепанных Оскара и Термита растащили в разные стороны. Оба никак не могли отдышаться, но в бой уже не рвались: Термит сделал все что хотел, а Оскар заметил присутствие командира, хмурого как никогда.
Лейтенант выглядел на все сто. Ухо было порвано, пластырь на носу частично отклеился и теперь болтался, как окровавленный лоскут кожи, а из открывшейся раны на переносице снова текла кровь. Сам Термит, измазанный в крови противника, выглядел на порядок лучше.
Кочегар, Боцман и Зубило, обнаружив, что уже не одни, притихли и даже как-то стушевались, как старшеклассники, пойманные директором школы. Новоприбывшие — Диего и угрюмый рыжий кореец по прозвищу Улыбаха — отвязали Бишопа, но без приказа командира ни его, ни Термита уводить не спешили.
В полной тишине полупустая бутылка опустилась на стол с глухим стуком. Насупленный взгляд Захара скользнул по столу, где лежал электромонтерский мегаомметр с динамо-машинкой, обмотанный проводами с маленькими «крокодилами», и остановился на ночной компании под предводительством Оскара.
— Диего и Минхо, возьмите Оскара под белы ручки и проводите в лазарет. Обработаешь ему раны, Минхо.
— Мне проводники не нужны! — хамовато бросил Оскар, шмыгая окровавленным носом. — Сам дойду!
— Лучше помолчи, — грозно посмотрел на него Захар. — Прикуси язык ради собственного блага, иначе, клянусь…
Он не договорил, но Оскар понял его и гневно потупился, взвинченный и наэлектризованный, как оголенный провод.
— Прикуете Оскара наручниками к кровати, чтобы ему больше не вздумалось гулять.
— Что?! — вскинул голову лейтенант. Он разразился базарной руганью, возмущаясь и негодуя.
Захар вцепился пирату в зашеек и привлек к себе. Поток брани резко прекратился, словно кто-то повернул вентиль. Оскар испуганно выпучил глаза. Он всегда пугался, когда Захар доходил до такого состояния и применял к нему силу.
— Я сказал, чтобы ты помалкивал, — тихо бросил Захар ему в лицо. — Ты помнишь наш разговор? Я предупреждал, что не потерплю разгильдяйства, и советовал тебе обратить внимание на свое поведение. И что делаешь ты? Без спроса берешь то, что принадлежит мне. Думаешь, тебе за это ничего не будет? Или у тебя совсем пропала связь с мозгом и ты уже не соображаешь, что творишь?
Он оттолкнул Оскара. Тот по инерции сделал несколько шагов назад и застыл на месте, бледный и зашуганный, не решаясь поднять глаза.
— Я снимаю тебя с должности. Отныне Диего моя правая рука. За все время пребывания здесь он ни разу меня не подвел. Ты остаешься в лазарете под домашним арестом, но не думай, что так легко отделаешься. Когда оклемаешься, мы поговорим о твоем наказании. Это все. Уберите его с глаз моих.
Диего и Улыбаха шагнули к Оскару. Нетерпимый к чужим прикосновениям, тот брезгливо дернулся и уже хотел огрызнуться, но, встретившись с немигающим взглядом Захара, проглотил ругательства, сник и позволил вывести себя из хижины, как еще одного пленника.
Его подтанцовка осталась стоять перед Захаром, неуверенно переминаясь с ноги на ногу в ожидании взбучки. Сейчас пираты еще сильнее напоминали провинившихся школьников. В памяти всплыло событие трехлетней давности, когда за непослушание и дерзкое поведение Захар хладнокровно застрелил одного из подопечных.
— Шкипер… — начал было Боцман, но пират остановил его плавным движением руки, не отрывая взгляда от пленников. Провинившуюся троицу он решил оставить на потом.
Захар шагнул к Термиту и требовательно протянул ладонь.