Выйдя за ворота, я иду по следу Фэллон в лес. Далеко она не ушла — отдыхает на пне на краю поляны, где я нашел ее тренирующейся с Бойдом на прошлой неделе. Когда я приближаюсь, под моей ногой хрустит ветка, и Фэллон вскакивает на ноги, глядя в мою сторону.
Она не похожа на саму себя. Фэллон, которую я знаю, жестокая, грозная… но девушка, стоящая передо мной, похожа на испуганного кролика: ее глаза широко раскрыты, плечи напряжены.
Я собирался подойти к ней, зацеловать до бесчувствия, но, увидев ее такой, я задумался. Я сделал что-то не так? Неопределенность сводит меня с ума.
— Привет, детка, — бормочу я, резко останавливаясь перед ней. Я ничего не могу с собой поделать — я должен протянуть руку, должен коснуться ее. Я беру ее лицо в свои ладони, приподнимая ее голову, чтобы она посмотрела на меня. — Что происходит?
Фэллон качает головой, мои руки соскальзывают с ее лица, когда она делает шаг назад. — Ничего. Просто не мой день, — ворчит она.
Я смотрю на нее сверху вниз, но она не смотрит на меня. — Я сделал что-то не так? — Наконец спрашиваю я.
Она снова качает головой, но когда я делаю шаг к ней, она складывает руки на груди, словно защищаясь.
— Детка… — Я выдыхаю, провожу пальцем под ее подбородком и приподнимаю ее голову. — Поговори со мной.
Выражение ее глаз подтверждает, что что-то определенно не так. Они стеклянные, как будто она борется со слезами — выражение ее глаз чертовски ломает меня.
Она, должно быть, чувствует это, потому что отворачивается, резко оборачивается и поворачивается ко мне спиной. — Почему бы тебе не избавить нас обоих от лишних хлопот и не перестать притворяться, что тебе не все равно, — бормочет Фэллон.
— О чем ты говоришь? — Спрашиваю я, разворачивая ее лицом к себе. Она борется со мной, толкая меня в грудь.
— Это ведь то, чем ты занимаешься, верно? Встречаешься с девушками, а потом бросаешь их после полнолуния? — Фэллон прищуривает глаза, в ее тоне слышится яд.
Я недоверчиво качаю головой, мои глаза широко распахнуты. Это было последнее, чего я ожидал. — Что? Нет! С чего ты это взяла?
Фэллон снова пытается оттолкнуть меня, но я продолжаю держать ее за плечи. Я не отпущу ее, пока она не объяснится и я не смогу это как-нибудь исправить.
— Я услышала это от Ханны, Грей, — хрипит она. — Ты знаешь, как это унизительно? Услышать от нее, что я всего лишь еще одна в длинной череде девушек, попавшихся на твои уловки.
Ее обвинение выводит меня из себя.
— Ханна? Ты, блядь, издеваешься надо мной? Почему ты веришь хоть единому ее слову?
Я хмурюсь, убирая руки с плеч Фэллон.
Она выглядит немного удивленной моей реакцией, ошеломленной тем, как я повысил голос.
— Зачем ей лгать об этом? — Спрашивает Фэллон, недоверчиво качая головой.
Я вздыхаю, зажимаю переносицу большим и указательным пальцами и закрываю глаза. — Я не знаю, Фэллон. Вероятно, потому, что она хочет быть Луной, как и любая другая самка без пары в стае.
Я делаю вдох, затем заставляю себя открыть глаза и снова смотрю на Фэллон. — Она двоюродная сестра Холли, и Холли пыталась свести нас, когда Ханне исполнилось восемнадцать. Но я клянусь тебе, что она никогда не интересовала меня, и полнолуние подтвердило, что мы не пара.
— Ханна — двоюродная сестра Холли? — Спрашивает Фэллон, морща нос.
Это действительно все, что она услышала из моего объяснения?
Я выдыхаю. — Да. Зеленые глаза, вьющиеся волосы… ты этого не знала?
Она качает головой.
У меня голова идет кругом. Как все так быстро пошло наперекосяк? Как я могу это исправить? Я должен все исправить.
— Фэллон, детка, — говорю я, снова хватая ее лицо в ладони и заглядывая в ее широко раскрытые голубые глаза. — Что бы она тебе ни сказала, это ложь. Черт возьми, после всего ты мне не доверяешь?
Доверие — вещь непостоянная, но судя по тому, как смягчается выражение ее лица, по тому, как она поднимает одну из своих рук и кладет ее на тыльную сторону моей, похоже, что так оно и есть.
Я тяжело сглатываю, в горле саднит. — Я чертовски схожу по тебе с ума, Фэллон. Разве ты этого не видишь?
Возможно, впервые Фэллон обвивает руками мою шею, приподнимается на цыпочки и прижимается своими губами к моим. Я так удивлен, что чуть не падаю назад, но вместо этого ловлю себя на том, что обнимаю ее за талию, грубо притягивая ее тело к своему и сплетая свой язык с ее языком.