Ноль выпрямился, салютовал, прижав кончики пальцев к виску.
— Юнит в вашем полном распоряжении, старший офицер Три-двадцать! Какова задача?
— Вольно, — пробормотал я подходя. — Докладывай.
— Связь со штабом и отрядом отсутствует. Местоположение неизвестно. Нахожусь в процессе поиска…
— Снаряжение? — Перебил я. — У тебя полное снаряжение⁈
— Винтовка утеряна. — Отчеканил Ноль. — Всё остальное на месте.
— ИРП?
— Имеется.
— Хорошо… очень хорошо. — Пробормотал я, косясь на разрезанные туши.
Когда-нибудь придётся их приготовить, но не сейчас. Сейчас же мои шансы на выживание резко возросли.
Глава 7
Тела монстров дёргаются, как от ударов током. Я осторожно приблизился, ведомый любопытством и необходимостью. Смрад сшибает с ног, навевает мысли о заражении. Я отбросил их, какая разница, если у меня нет средств защиты. Нет смысла беспокоиться о неизбежном. Надеюсь, те, кто проектировал, мои модификации учли возможность контакта с иномирными вирусами.
Когтистые лапы скребут мясной пол, а тот дёргается и сжимается, напрягая плоскую мускулатуру как кишечник. Вены на стенах и столбах набухают, пульсируют. Вязкая кровь стекает из рваных ран от пуль.
Весь огромный организм корчится от боли, а из его глубин поднимается протяжный вой. Отогнанные твари возвращаются с подкреплением.
— Это и есть собиратели плоти? — Спросил я, тыча стволом в морду мертвеца.
Складка плоти сдвинулась, обнажим мелкие клыки.
— Не совсем. — Скрипнул Верп, помигивая красным и чёрным. — Это свежеватели, рабочие. Собиратели более приспособлены… ну, для сбора. Догнать, убить, притащить.
Ноль стоит позади меня, закованный в броню экзоскелета и залитый кровью. Бронепластины на плечах и груди красуются глубокими царапинами. Идеальная машина войны, спроектированная и взращённая в лабораториях. Доведённая до абсолюта гипнообработкой и симулятивными тренировками. Телу не больше двух лет, а рефлексы и опыт пяти столетий. В нашей миссии и последующих он должен был пройти тестирование реальным боем. А если повезёт, обрести самосознание.
— В какой позиции ты был на момент взрыва «Удачливого»? Выше или ниже меня?
— Юнит находился выше. По протоколу капсула должна была приземлиться последней.
— И была защищена лучше. — Пробормотал, я. — Нельзя ведь случаю позволить повредить ценное оборудование.
— Так точно.
— Ты очнулся прямо в этой комнате?
— Нет. Примерно сто километров… — Ноль запнулся, по лицу пробежала судорога от мысленного усилия. — Сто километров налево от этой точки.
— А сюда как…
Меня прервал протяжный рёв, приближающийся из темноты в дальнем конце отсека. Пора уходить. Ещё раз оглядел тушу чудовища, жалея, что мало времени. Стоит провести вскрытие и определить наиболее уязвимые точки, для экономии патронов.
Поднявшись, сделал жест «отступать» и попятился, прижав винтовку к плечу. Умный прицел выхватывает из темноты движущиеся силуэты. Твари подбираются медленно, рассредоточившись от стены до стены. Впереди движутся массивные существа с подобием щитов. Какие хитрые…
Ноль скрылся в полумраке, а я последовал за ним. На бегу перебросил винтовку за спину. По бокам замелькали наросты светящегося мха. На полном ходу бок пронзила боль, будто в рану вогнали раскалённый добела гвоздь. Я задохнулся, сбился и покачнувшись едва удержался на ногах, ударился плечом о стену. В лицо ударил вонючий воздух поверхности. Он показался чище горного, после влажного смрада подземелья.
Сослуживец занял позицию, прикрывая мой отход, изготовив нож для метания. Лучше лишиться клинка, чем потерять товарища. Но нас не преследуют, по крайней мере, пока. Это и радует, и настораживает.
Мы начали удаляться от пещеры через базальтовую пустошь к городу. Если уж погоня начнётся, то среди руин будет проще затеряться.
Ноль бежит, размеренно двигая руками, будто и не сражался врукопашную с порождением ночных кошмаров. Всё-таки безмозглый солдат — лучший солдат. Ни страхов, ни нервов, только безусловное следование приказу. Часто оглядывается на меня, оценивая, стоит ли оказать помощь.
Вселенная над нами кипит энергией, свет становится ярче, и сумрак раздвигается. Зыбкая дымка отступает, освобождая изъеденные коррозией небоскрёбы. Остатки стёкол сверкают искрами, город будто рад моему возвращению. Скорее злорадствует и готовит новую напасть.