— Это ещё что? — Просипел Ноль, становясь рядом.
— Термоядерный реактор, — ответил Верп, — по крайней мере, одна из его вариаций. Сломанная, конечно.
— Выглядит вполне рабочей. — Заметил я.
— Вещь считается рабочей, пока приносит пользу.
— Я так понимаю дальше мы не пройдём?
— Ну, можем, тоннель достаточно широк. Только меня держите крепче.
— Там что-то есть! — Крикнул Ноль и вытянул руку. — За огнём, на два часа!
Я вновь вскинул винтовку, подкрутил прицел и выругался. Ворота. Почти до самого потолка, в стене туннеля. Защищённые двумя рядами обороны из баррикады, колючей проволоки и вышек. Остатки железной дороги ведут туда.
— Не ужели дошли? — Пробормотал я.
— Ну, похоже на то. — Отозвался ИИ. — Вот только хозяева уже не здесь.
— Думаешь улетели?
— Или сдохли. Взрыв термояда это совсем не шутки.
По мере приближения столб плазмы расширяется, превращается в подобие звезды. Высота не меньше двух десятков километров, а в ширину два-три. Высвобожденная первозданная энергия беснуется в остатках удерживающей камеры и сетки магнитных полей. Стремится вырваться и сжечь нас. Поток ветра цепляется за волосы и плечи, тянет внутрь. По стене параллельно нам двигаются тени, пугающе чёткие и будто живущие своей жизнью.
Дальше по туннелю в стене угадывается огромный цилиндр, второй термоядерный реактор. Грубые сварные швы намекают о кустарном производстве, а распятые мумии — о нраве хозяев. Горячий воздух и отсутствие микрофлоры способствует сохранению тел в виде вяленого мяса.
— Как думаешь, кто это был? — Спросил Ноль.
Столб света за его спиной делает фигуру визуально тоньше, почти утончённой. Я сощурился и пожал плечами.
— Может, провинившиеся рабы, а может, и сами демоны. Тут уже без разницы.
Становятся видны последствия взрыва реактора: оплавленный пол и металлические сосульки, свисающие с потолка. Наплывы и целые застывшие реки.
— Как он может ещё гореть? — Спросил я, косясь на плазменный столб и на пропалины по всей стене, вдоль которой идём.
— Когда что-то делают не для продажи, то делают на совесть. — Ответил Верп. — Ведь нет смысла продавать то, что не сломается.
Ворота подавляют размерами, хотя, казалось бы, насмотрелся на циклопические сооружения на две жизни вперёд. Механизмы блестят, как новые, и никого вокруг, кроме нас. Укрепления скрывают нижнюю часть, и с них на нас безучастно смотрят стволы пулемётов и подавительных орудий. На подступах пол густо покрыт мелкими рытвинами, но тел нет.
— Похоже, они гостеприимные ребята. — Сказал я, дойдя до первой линии обороны и заглядывая за неё.
— Откуда такие выводы? — Поинтересовался Верп.
— Нас ещё не застрелили и даже не попытались.
Первое кольцо обороны — пулемётные точки за лабиринтом колючей проволоки. Последняя частично оплавилась, но навела на мысли. Люди редко задумываются о цене простых вещей, о сложности их производства. Казалось бы, что может быть проще мотка проволоки с острыми лепестками? Вот только проволоку нужно вытянуть, прикрепить колючки, которые тоже надо сделать. Вручную только на это уйдёт половина жизни, а для массового производства нужны невероятные мощности. А значит, либо демонов было много, либо, в чём мы убедились по пути, у них была промышленность. Везунчики, попавшие сюда со средствами производства. Однако сейчас не похоже, что им они помогли в долгосрочной перспективе.
Второе кольцо и вышки с пулемётами, покосившиеся от древности и образующие подобие арки к воротам. Мы прошли под ней и остановились. Третье кольцо… мертвецы. Тела разбросаны и давно истлели в подобие мумий. Сложно понять, кто это были при жизни, но точно не люди.
— Странно, что их не забрали свежеватели. — Сказал Ноль, переступая через мертвеца и двигаясь следом за мной к панели у ворот.
— Они не всеведущи. — Ответил Верп. — Да и не отходят далеко от гнезда, разве что в пору размножения… а тут биомасса уже подпорчена.
Здесь гул от повреждённого реактора давит на уши, как писк комара в пустой комнате. Думаю, если подойти ближе и не сгореть, то просто оглохнешь. Свет бьёт сбоку, отбрасывает косые тени в глубину туннеля. Я потянул носом, ожидая уловить запахи тления, но ничего, кроме жжёного пластика и металла. Панель приветливо мигнула экраном и отобразила ряд символов.
— Верп?
— Н-да… я-то думал… Секунду, положи меня сверху.
Короб лёг на экран и вяло замигал, переходя с белого на синий и зелёный. Внутри зашуршал вентилятор.
— Занятно… занятно…