Подойдя к бару, я заказала себе бокал шампанского. Повесив на одну руку свое манто, которое из-за комфортной температуры внутри казино уже больше горячило, чем согревало, я оперлась на барную стойку локтями, скрытыми под длинными перчатками в тон платью, надетыми не столько из эстетических соображений, сколько из необходимости спрятать метку. В висках все еще пульсировало, а чужой запах, казалось, въелся в мою кожу, не желая оставлять меня в покое. Может быть, дело было не только в нем одном и не в моем сочувствии к незнакомой омеге. Может быть, я просто слишком хорошо представляла, каково это — быть на ее месте. Не контролировать себя и свое тело и ощущать, как оно берет верх, заставляя тебя делать то, о чем бы ты никогда не помыслила в здравом уме. Я знала, что углубляться в эти мысли опасно, потому что догадывалась, к чему они в итоге меня приведут, а потому выпила принесенное шампанское почти залпом, на мгновение даже пожалев, что не попросила чего-нибудь покрепче.
— Давно не видел даму, что так залихватски пьет алкоголь, — раздался рядом со мной дружелюбный, но неприятно незнакомый голос. Я обернулась, отведя упавшие на глаза волосы, и увидела мужчину в сизо-сером брючном костюме. Наверное, примерно мой ровесник — чуть вьющиеся каштановые волосы, широкая белоснежная улыбка завзятого плейбоя, нарочитая небрежность в позе и взгляде. И запах, который сложно с чем-то спутать — навязчивый и душный запах чужого альфы, от которого у меня, кажется, каждый волосок на теле встал дыбом.
— Простите, мне нужно идти, — пробормотала я, попытавшись обогнуть его, но он предсказуемо преградил мне путь.
— Ты же понимаешь, что это был комплимент, правда? — заговорщически снизив голос, уточнил он. — Есть в тебе что-то особенное, что сразу привлекло мое внимание.
— Например, отсутствие пластических операций? — неудачно пошутила я, ощущая себя крайне некомфортно из-за того, что он, стоя так близко, нарушал мое личное пространство. Если бы могла, я бы попятилась назад, но мой копчик упирался в барный стул, и все пути для отступления мне вдруг оказались отрезаны.
— Еще и дерзкая, — довольно отметил он, словно оценивая меня перед покупкой, как клюшку для гольфа. — Интересно, будешь ли ты такой же дерзкой, когда я поставлю тебя раком сегодня ночью и заставлю визжать, как сучку.
— Оу. — От шока я на несколько секунд выпала в прострацию, а потом мне вдруг стало очень смешно. То ли от его самонадеянности, то ли от того, с каким сладострастием он выдохнул это обещание, то ли просто от абсурдности всей ситуации. — Простите, но мне это неинтересно. — Я снова попыталась как-то его обойти, но он меня не пропустил. Что примечательно, бармен за стойкой вообще никак на это не реагировал, словно подобные инциденты тут происходили по пять раз за вечер.
— Набиваешь себе цену? — поморщился альфа. — Я могу сыграть в эту игру, но недолго. У меня тут неподалеку припаркована ламба, так что мы можем взять бутылку хорошего шампанского и как следует поразвлечься. Сегодня я выиграл неплохой кэш, так что, считай, тебе повезло.
— Я здесь не одна, — вежливо заметила я, недоумевая, неужели он не чувствует запаха Йона, что покрывает меня с головы до ног. — И боюсь, что мой спутник…
— Твой спутник один из этих толстосумов? — предположил альфа, кивнув куда-то абстрактно в сторону игрового зала. — Бьюсь об заклад, он морит тебя голодом, сладкая щелочка, ведь ты пахнешь так, словно тебе уже много месяцев не вставляли как следует. Я прекрасно знаю этот голодный блеск в глазах, и он выдает тебя с головой. Так что прекрати прикидываться целкой и пойдем со мной, ты сделаешь себе большое одолжение…
Он взял меня за локоть и потянул за собой, пока я все еще продолжала пребывать в ступоре от всего происходящего, но альфе не удалось сделать и пары шагов, как на его пути выросла хмурая фигура, в которую он едва не влетел плечом.
— Простите? — изогнул бровь он, но вместо ответа ему прилетело кулаком в лицо. Альфа коротко взвыл, схватившись за расквашенный нос и согнувшись почти пополам, а Йон с досадой потер покрасневшие после удара костяшки.
— Не прощаю, — сухо проговорил он, резко и почти грубо дернув меня к себе. — Еще раз тронешь то, что принадлежит мне, останешься без зубов, понял меня?
— Не надо, пожалуйста, — тихо попросила я, прижимаясь к его плечу и пугливо оглядываясь по сторонам, боясь, что мы привлечем слишком много ненужного внимания. — Идем, он того не стоит.
— Да я тебя!.. — хотел было что-то сказать покалеченный альфа, но слова превратились в невразумительное бульканье у него в горле и он так и не смог встать на ноги. А я сразу вспомнила отца Горацио и их с Йоном короткую стычку на Площади Фонтанов. Мой альфа держался наравне со священником, который достиг невероятного мастерства в управлении своим запахом и влиянии на других с его помощью — наверное, не было ничего удивительного в том, что ему не составило особого труда заткнуть рот какому-то самоуверенному мажору.