— Собирайся, мы едем за город, — меж тем произнес Йон. — Я буду ждать тебя в машине внизу.
— Зачем? — Я усилием воли заставила себя подавить эмоции и подняла на альфу сухие блестящие глаза.
— Я должен вернуть тебя той, у кого забрал, — дернув плечом, отозвался он. — Тебе незачем сюда возвращаться, так что убедись, что соберешь все свои вещи.
— Почему ты так… Почему ты так жесток со мной? — тихо спросила я. — Почему не сделать это все… иначе? Я хочу попрощаться со всеми и…
— Мы и так потратили слишком много времени на сентиментальную чепуху, маленькая омега, — отрезал Йон. — Времени, которого у Никки может просто не быть. Я хочу поскорее со всем покончить, и в мои планы не входят прощальные вечеринки со слезливыми тостами и всеобщими объятиями.
Не знаю почему, но внезапно во мне взыграло упрямство — за шаг до того, как сломаться под его непререкаемым агрессивным напором, я поняла, что не хочу этого делать. И не собираюсь.
— Мой мир не вращается вокруг тебя, Йон, — поджала губы я. — Здесь мои друзья, здесь те, кто стал для меня важен. Я не могу просто так исчезнуть только потому, что ты не хочешь ни перед кем объясняться и оправдываться. На этот раз у тебя не выйдет выпрыгнуть из окна, придется спуститься по лестнице.
Наши взгляды встретились, с шипением разбрызгивая искры, и у меня в очередной раз мелькнула мысль о том, что так, как делал это мой альфа, никто другой не умел выводить меня из себя. Наверное, мне никогда не нравилось с ним спорить, и в то же время я испытывала какое-то восторженное головокружение от возможности не покоряться и не соглашаться с тем, кого природа задумала для того, чтобы властвовать надо мной практически во всех смыслах. Эта энергия, эта химия, что волнами перекатывалась между нами, была пьянящей и будоражащей, иногда становясь тихой полноводной рекой, что бережно несла вперед нас обоих, а иногда разражаясь штормом, что заставлял каждый волосок на теле вставать дыбом.
— Значит, уйду я, — недовольно резюмировал Йон. — Как ни удивительно, мой мир тоже не вращается вокруг тебя или этого места. Раз Никки теперь не здесь, мне незачем возвращаться. Спускайся, как будешь готова.
Развернувшись на каблуках, он вышел — буквально вылетел за дверь, кажется с трудом сдержав порыв со всей силы хлопнуть ею у себя за спиной. А я, тяжело и протяжно выдохнув, опустилась на постель и закрыла лицо руками. Он так часто упоминал в этом разговоре о Никки, словно нарочно пытался противопоставить ее мне, ведь его чувства к ней были настоящими. Они шли из его собственного сердца, а не были навязаны судьбой или биологией. В них он мог быть уверен, как и я могла быть уверена в своих чувствах к Медвежонку или Джен. Да только вот эти «настоящие» чувства меркли в сравнении с тем, что я испытывала к своему альфе.
— Когда ты исчезнешь, что с нами будет? — спросила я, снова согнув руку и посмотрев на свою метку. — Я просто вдруг пойму, что больше не люблю его? Что он превратился в одного из тех альф, что будоражат мое тело своим запахом, но совершенно не затрагивают мое сердце? Я остыну и вновь погружусь в сон, как было до всего этого? Я же так… старалась. Ты знаешь, что старалась. Существует… существует ли такая судьба, которой не суждено исполниться? Как запасные рельсы, по которым никогда не проедет поезд, и они, проложенные кем-то и для чего-то, будут просто зарастать травой, пока не исчезнут совсем?
Поднеся предплечье к носу, я вдохнула чуть более ощутимый так запах альфы и неосознанно прикоснулась губами к собственной коже.
— Думай, что хочешь, Йон Гу, но любить тебя — это мой выбор, — помолчав, произнесла я. — Я выбираю тебя как собственный путь, как саму себя, как то, какой я хочу быть. И не магической татуировке определять это. Можешь разорвать связь со мной, но я не перестану тебя любить и ни за что не вернусь к прежней жизни. Ты подарил мне новый путь, и я пройду его до конца, даже если тебя самого не будет рядом.
Я спустилась к машине спустя еще несколько минут. Не стала брать почти ничего из вещей, потому что точно знала, что вернусь. Вернусь, чтобы обнять Медвежонка и вдохнуть его одуванчиковый запах. Чтобы помочь Поппи с посудой и обсудить последние новости и сплетни про клиентов, которые девочки всегда ворохами приносили на кухню, пока мы работали. Чтобы посмотреть, как Ория тасует и раскладывает карты и спросить у нее наконец-то о том, кем она была раньше и что за место здесь было до того, как вывеска «Райский Притон» отправилась на задний двор. Я любила свое близнецовое пламя всей душой, но было достаточно того, что он собирался забрать у меня самого себя — отдавать остальное я не собиралась.