— Ребята из «Нью Джорнал» сошлись во мнении, что это какой-то код, но понять, что он значит, можно лишь обладая некой недостающей информацией. «Оймах» это скорее всего имя или фамилия, но также возможно, что это название фирмы или некого продукта. Я сейчас как раз занимаюсь тем, что по своим источникам проверяю, была ли в семидесятых зарегистрирована подобная торговая марка или вроде того. Потому что, судя по телефонной книге тех лет, в Восточном городе проживало больше семидесяти Оймахов разных возрастов, и пока я морально не готов разбираться в биографии каждого из них.
Кори мне нравился. Он много улыбался, говорил спокойно и рассудительно, а главное явно отлично разбирался в своей теме и был открыт к обсуждению. Я бы с удовольствием поговорила с ним подольше, но мне не хотелось лишний раз тревожить Диану, которая, судя по всему, очень болезненно реагировала на любое присутствие других женщин рядом с ним.
К тому же я вдруг осознала, что Макс до сих пор не вернулся. Он собирался принести мне что-нибудь выпить и пропал, но, отвлекшись на разговор с журналистом, я не сразу это поняла. Конечно, его запросто мог кто-то перехватить и заболтать, однако мне все равно стоило его найти и сказать, что со мной все в порядке. Поблагодарив Кори за интересную историю, я поднялась с дивана, буквально кожей ощутив облегчение Дианы, и проследовала в другую комнату, где стоял бар с напитками. Макса там не было — как и Джен.
Остановившись посреди помещения, частично заполненного людьми, я прикрыла глаза, стараясь настроиться на запах подруги, резко и сильно выделявшийся на фоне прочих. Конечно, у меня не получилось бы выследить ее, как это делали гончие из полиции, но я хотя бы могла предположить, как близко она сейчас находилась — или как давно ушла. Двигаясь в том направлении, где, по моим ощущениям, запах становился ярче, я поднялась на второй этаж. Здесь почти все лампы были выключены, и оттого я сразу обратила внимание на тонкую желтую полоску света, тянущуюся из-под дальней двери. Здесь я ориентировалась хуже, потому что Макс почти никогда не приглашал нас наверх, но интуиция мне подсказывала, что за той дверью почти наверняка находилась его спальня.
Я замерла в неуверенности. Запах Джен, который здесь ощущался совершенно отчетливо, не был возбужденным или чересчур сочным, а значит, что бы там ни происходило, это вряд ли было связано с сексом. Да даже если и так, какое право я имела вмешиваться в ее личную жизнь? Ведь я до сих пор не знала, что ей сказать и как объяснить свое поведение там, снаружи. Да, мы обе перегнули палку, но отчего-то именно я ощущала себя виноватой. Легко было оправдывать себя инстинктами или чем-то подобным, но то, что там произошло, касалось не только нас двоих. Со мной однозначно творилось что-то странное, и мне совсем не хотелось, чтобы оно испортило мои отношения с лучшей — да и по сути единственной — моей подругой.
Вытащив телефон, я неуверенно набрала ей сообщение:
«Хочешь поговорить?»
Ответ пришел не сразу, и от него у меня неприятно защемило в груди:
«Давай не сейчас»
Мне показалось, что я краем уха уловила какое-то движение в спальне и приглушенный голос Макса. Словно он успокаивал ее. Или о чем-то просил.
«Мне тебя дождаться?» — отправила следующее сообщение я.
«Возьми такси и езжай домой», — последовал ответ. Очень в стиле Джен — ничего лишнего и никаких вопросов или просьб. Словно я в самом деле была ее младшей сестрой или даже ребенком.
Ее омегой.
Моя метка на руке отозвалась недовольной пульсацией в ответ на эту мысль, и меня снова охватило то самое острое чувство отторжения, что заставило оттолкнуть подругу от себя.
— Что ты о себе вообще возомнил? — проворчала я, разворачиваясь и направляясь обратно к лестнице. — Истинная связь, как же. Прекрати портить мне жизнь, парень, пока я не решила испортить твою. Я все еще могу пойти в полицию и рассказать о тебе.
Произнеся эти слова вслух, я вдруг устыдилась собственной глупости. Теперь все звучало так, словно я в самом деле решила не идти в участок только для того, чтобы помочь ему.
Я считаю, что сейчас наша биология решает за нас больше, чем мы сами.
Слова Джен предательски всплыли у меня в голове, и мне пришлось приложить определенные усилия для того, чтобы не ругнуться вслух. Могла ли я быть в себе уверена? В том, что поступаю так, как сама считаю нужным, а не как диктуют мне мои инстинкты? Я не понимала, что со мной творится, но это определенно не было нормальным. Ничего из того, что произошло в последние сутки, не было нормальным.