Платья висели отдельно. Не знаю, кто их подбирал, но большинство из них были очень откровенными, будто женщина, которая должна их носить, обязана была демонстрировать статус мужчины рядом с ней. Выходить в таком куда-то одной было бы... опрометчиво.
После недолгих поисков я выбрала самое закрытое из всех. Единственным его «грехом» была глубокий вырез по спине. Я обыскала все ящики в поисках бюстгальтера с прозрачной спинкой или хотя бы боди, но ничего подходящего не нашла. Зато спереди платье было образцом целомудрия — длина до колен, плотно облегающий черный фасон без лишних деталей.
На удивление, вся обувь оказалась моего размера. Я подобрала к платью элегантные черные туфли на невысоком каблучке.
Примерив наряд, я скептически разглядела себя в зеркале. Щеночек тявкнул в знак одобрения. Но даже в этом «скромном» варианте я выглядела... вызывающе. Меня смущало, как выделялось нижнее белье. Бюстгальтер пришлось снять — к счастью, грудь позволяла обойтись без него. «Надеюсь, в помещении не холодно, иначе это будет смотреться слишком вульгарно», — с тревогой подумала я. Милые хлопковые трусики пришлось заменить на стринги, иначе под обтягивающей тканью была бы видна каждая складочка.
Я надела туфли, взбила волосы сухим шампунем и решила не убирать их. Длинные пряди хоть немного прикроют спину. Я повернулась к зеркалу спиной и вздохнула. Все равно выглядело двусмысленно.
«Что ж, — горько усмехнулась я про себя. — Если уж меня и правда собираются «продать», то, я их ничем не удивлю».
В дверь постучали, и на пороге возник тот самый бета, Костя. Мой новый пушистый телохранитель издал тихое предупреждающее ворчание, но смолк, получив успокаивающий взгляд беты.
— Полина Сергеевна, ужин подан. Если вы готовы, я провожу вас в зал, — его тон был безупречно вежливым, но в глазах плескалось какое-то странное оживление.
— Спасибо, я готова, — кивнула я, чувствуя, как нервный комок подкатывает к горлу. Побег пока откладывался, придётся играть по их правилам. Каким бы странным ни был этот матч.
Костя оценивающе взглянул на меня, и на его скулах проступил лёгкий румянец.
—Вы выглядите... невероятно, — произнёс он, и его голос на мгновение сорвался на хрипоту. — Чёрный — ваш цвет.
Мы вышли в коридор, и он, соблюдая дистанцию, двинулся за мной. Я сразу почувствовала на себе его пристальный взгляд, будто он изучал не просто мою фигуру, а некую сложную головоломку. Внезапно позади раздался странный, заглушённый звук — нечто среднее между вздохом и сдавленным стоном. Я оглянулась. Костя стоял, уставившись в одну точку — прямо на мою обнажённую спину. Его лицо выражало такое неподдельное, почти комическое ужас, будто он только что увидел привидение в короне из стрингов.
— Всё в порядке? — спросила я, чувствуя, как сама краснею.
— Абсолютно! — выпалил он, резко отводя взгляд и делая вид, что невероятно заинтересован узором на стене. — Просто... отличная вентиляция в этом платье. Превосходная. Пойдёмте.
Он засеменил впереди, будто спасаясь бегством, и я последовала за ним, с трудом сдерживая улыбку. Похоже, мой наряд произвёл эффект, которого я никак не ожидала.
Он распахнул массивную дверь из дерева, и я замерла на пороге. Зал для ужина был великолепен — тот самый «канадский» стиль во всей своей мощи: массивные балки под потолком, стены из тёплого дерева и огромный камин, в котором уже весело потрескивали поленья, наполняя комнату ароматом хвои и теплом.
И тут мой взгляд упал на фигуру у камина. Это был он. Тот красавец-альфа. Он стоял, спиной к огню, в его руке небрежно покачивался бокал с янтарной жидкостью. Взгляд его, тяжёлый и недовольный, был прикован к Александре, сидевшей в кресле неподалёку. По их позам, по напряжённым плечам Саши, было ясно — они только что закончили спор.
Я сделала шаг вперёд и, стараясь звучать как можно более деловито, повернулась к Косте, а спиной к мужчине и Саше:
—Скажите, а где же герой книги, с которым мне предстоит работать?
Невольно в отражении зеркала я увидела, как в этот момент альфа медленно, будто против воли, перевёл на меня взгляд. Его глаза скользнули по платью... и остановились на моей спине. И тут его явно накрыло. Я повернула голову в его сторону.