— А если не вскроется, — твердо ответила Галловей. — У человечества появится шанс.
Сандерс задумчиво смотрел на темный экран настенного монитора. В его памяти всплыли старые кадры начала пандемии — взрывающиеся небоскребы Гонконга, залитые кровью улицы Нью-Йорка, разрушенные кварталы Чикаго.
— Может, Линда права, — произнес он тихо. — Если мы будем ждать приказа, у нас просто не останется времени.
Глава 7. Новые друзья
Сотни шатавшихся по Невскому бледно-серых фигур откликались на призыв Вадима, но все они были первой стадии: безмозглые, хаотично движущиеся, с пустыми глазами и рваными лицами. Настоящие пешки Хронофага и расходный материал для ульев, высших вирусных форм.
Дружок, стоявший рядом, втягивал воздух ноздрями, морщил уродливый лоб и иногда тихо рычал, показывая, что где-то поблизости другие.
И наконец, на призыв, ретранслированный им, откликнулось нечто иное.
Из-за угла бывшего банка, шагнув на асфальт, показалась первая троица.
Вадим непроизвольно замер. Эти существа были совсем не похожи на кривых, пошатывающихся зомби, которых он привык видеть. Они двигались синхронно, пружинисто, как отлаженный механизм. Тела их сохранили человеческие пропорции, но были искажены до жуткой симметрии, словно кто-то ''довел'' человеческий дизайн до военной функциональности.
Кожа — гладкая, серо-стальная, под ней пробивались светящиеся голубые прожилки-фотофоры, мерцающие с ритмом дыхания. Биолюминесценция то затухала, то разгоралась ярче — отдельный способ общения. Вадим понял это инстинктивно.
Спины сгорблены, руки длиннее обычных, кисти заканчивались сантиметровыми когтями, похожими на металл, но с органической фактурой. На предплечьях у одного из троицы вздувались цистоподобные наросты, и Вадим сразу вспомнил найденные документы: шипомет — примитивный биологический арбалет, запускающий ядовитые костяные иглы.
Головы еще ужаснее. Пасть во всю ширину лица с вытянутыми вперед челюстями, в ней неровные ряды зубов, приспособленных скорее рвать и дробить, чем жевать. Четыре глаза, два крупных, привычных, но уже без белков, сплошь черно-красные, и пара мелких, чуть выше, мерцающих особым блеском. Дружок ''сказал'' Вадиму простым телепатическим импульсом:
+Видят тепло.+
От этих созданий веяло чем-то инопланетным, будто они не родились на Земле, а сошли с чужой биосферы. Но в то же время в них чувствовалась внутренняя завершенность. Они были не хаотичными жертвами вируса, а идеально выверенными машинами для убийства. По ТВ их не показывали, не хотели панику усиливать, а интернет до последнего фильтровал фото, видео с зараженными второй стадии. В лучшем случае Вадим натыкался на съемки с расплывчатыми силуэтами без конкретных деталей...
— Черт… — прошептал Вадим, и впервые за долгое время его кольнул страх.
В следующую секунду в его сознании прорезался иной сигнал. Грубый, хрипящий, как чужой кашель, но при этом… осмысленный.
Одна из троицы подняла голову, и ее глаза задержались на Вадиме. Биолюминесцентные прожилки по телу вспыхнули, складываясь в ритм, почти в слово. Вадим ощутил не разум в человеческом понимании, но что-то гораздо большее, чем у всех зараженных, с кем он сталкивался, не считая Дружка.
+Вижу. Слышу. Следую.+
Это был лидер. И вместе с ним, откликнувшись на зов, из-за развалин показалась целая стая, не меньше пятидесяти развитых. Они двигались плотной группой, и каждый из них синхронно копировал жесты субальфы.
У Вадима пересохло в горле. Ему впервые в жизни довелось оказаться перед армией, которая была не людской, но и не безмозглой. Полусознательные воины без страха и сомнений, чья воля стекалась в одного проводника.
Он сделал шаг вперед, мысленно формируя команду. Дружок помог ретранслировать сигнал.
— Встаньте, — произнес Вадим. — В линию.
И пятьдесят фигур без выраженных половых признаков замерли ровным строем, будто их натянула одна невидимая нить.
— Бегите!
Стая сорвалась с места и через двадцать секунд вернулась обратно, идеально слаженно, как рота спецназа.
Вадим не верил своим глазам. Он дал еще несколько простых заданий: поднять камни, отбросить мусор, разойтись и снова собраться. Существа слушались. Но лидер реагировал иначе. Он понимал команды глубже, выполнял их не механически, а с добавлением собственной инициативы.
В какой-то момент Вадим ощутил всплеск чужой памяти. Образы — серый офис, руки в дорогом костюме, выглядывающие из-под юбки ноги темных колготках, экран монитора, клавиатура… И затем хрип, вырвавшийся из измененного горла: