К северным районам Ленинградской области зараженные добирались все чаще. Сначала поодиночке, потом группами. Деревни у Ладоги опустели: кто-то ушел сам, кого-то вырезали мутанты. Оставались лишь одинокие дачники вроде Вадима, упорно державшиеся за свои укрытия. Временами ночами он слышал далекие выстрелы и крики, значит, где-то рядом кто-то еще сражался. Но днем все чаще царила пугающая тишина, нарушаемая лишь вороньим карканьем.
Петербург постепенно превращался в зону, где уже не было смысла воевать. В начале июля военные получили приказ оставить южные районы города и сосредоточиться на обороне Кронштадта и некоторых северных кварталов. Это означало фактическую капитуляцию: в городе оставались сотни тысяч людей, обреченных на смерть или мутацию. Пылающие кварталы виднелись даже на горизонте с дачи, ночами в небе над Питером стояло красное зарево.
На селе слухи распространялись быстрее, чем официальные сводки. Говорили, что в районе Невского проспекта появился прыгун размером с лошадь, который за несколько часов перебил несколько блокпостов. Говорили о стаях мутировавших собак, которых гонят перед собой зараженные словно пастухи. Кто-то клялся, что видел на Дворцовой площади нечто, похожее на гигантский гриб, из которого вылетали тучи летающих тварей с кожистыми крыльями. Правда ли это, Вадим не знал, но понимал: город больше не его.
Он все чаще думал о дороге на север. Ладожская дача давала укрытие и еду, но это было временно. Зима могла стать союзником, но до нее еще нужно протянуть. Мутанты не отступали, фронт катился все ближе, и однажды ночью Вадим осознал: если останется, то просто будет ждать, пока очередная ворона или собака прорвется в дом.
И все же он продолжал укреплять укрытие, обустраивал тайники с консервами и патронами. Не потому, что верил в спасение на месте, а потому, что так было легче держать себя в руках. Человеку нужно хотя бы что-то контролировать, пусть даже заколоченные окна и ящики с тушенкой в подвале.
К восьмому июля по единственному работающему телеканалу передали о создании китайцами, не без привлечения систем ИИ, экспериментальной вакцины против Хронофага, она эффективна показывает себя против основных штаммов вируса.
Ведется работа над средствами быстрой доставки, в сложившихся обстоятельствах выпустить миллиарды доз абсолютно невозможно, но возможно вакцинировать население с помощью распыления аэрозоля.
Вадим и его соседи (не он один сообразил заранее спрятаться в глуши) заметно приободрились от оптимистичной новости, может, им удастся переждать весь этот кошмар. Плохо было то, что люди, жившие неподалеку от парня, это шесть семей, вместо работы сообща держались особняком. Сказывалась боязнь заразиться от посторонних и общее недоверие к ближнему, народ опасался мародеров, грабителей. Делиться запасами еды, лекарствами, когда не знаешь, как долго продлится кризис, станет не каждый.
Тем не менее, о совместном патрулировании поселка худо-бедно договорились. Вадим совершал ежедневные обходы окрестностей вместе с четырьмя мужиками, тоже имевшими при себе оружие. У одного охотничья двустволка, у второго травматический пистолет. Лучше, чем топоры и вилы. Зараженных не следует подпускать близко.
Относительное благоденствие обитателей дач закончилось пятнадцатого июля. Вадим и Коля, сосед с травматом, отправились набрать свежих грибов, ягод. Две уродливые серые фигуры выбежали из чащи совершенно неожиданно, мужчины не успели отреагировать. Колю в тот же момент повалили на землю и вцепились зубами в горло. Брызнула алая кровь. Покрытые опухолями твари со зверским аппетитом принялись пожирать еще живого человека, непривычный к подобным зрелищам Вадим просто оцепенел от ужаса. Одно дело прибить мутировавшую ворону, совсем другое столкнуться с зараженным человеком вблизи, а не по ту сторону телевизионного экрана.
Наконец, парень навел СКС на мутантов и произвел выстрел. Пуля прошла мимо, и это с пяти метров. Руки Вадима дрожали.
Зараженные прервали трапезу, кинулись на стрелка. Вторая пуля угодила ближайшему зомби аккурат в глазницу, на уничтожение его подруги, зараженной девушки, не хватило считанных мгновений. Тварь набросилась на Вадима, частицы ее слюны вперемешку с кровью Николая попали парню в лицо. Выставленный вперед карабин не дал вцепиться в горло.