Лена просила вызвать врача, чтобы определить, можно ли ему контактировать со здоровыми людьми, опасно ли её общение с детьми.
Аркадий отказывался, боялся, что заберут в больницу, оттуда он не сможет «разруливать» дела предприятия
Однажды, утром открыл глаза, мир изменился: ни аромата благовоний в спальне, ни запаха элитного чая, ни нежного шевеления воздуха от духов жены. Обоняния у него больше не было, похоже, это, действительно, COVID.
С Леной, в это время, связались институтские приятели, предложили провести дистанционно урок по шитью медицинской маски, преподаватель заболела.
Она и раньше выполняла небольшие работы на дому. Установила программу «Zoom» на ноутбуке, раскроила маску из старого ситцевого сарафана, раскрашенного красно-зелёно-голубыми цветами, попросила мужа один час её не беспокоить.
Маску учащиеся признали самой красивой в интернете, поднимающей настроение, особенно, после того, как автор кокетливо примерила её на себе.
Планы вести занятия прервались звонком мамы: у отца подозревают инфаркт.
Девочек следовало срочно забрать. Куда? Дом оккупировал вирус. Пришлось просить подруг взять детей «на передержку», как котов.
Миновало ещё несколько дней с момента, как ворвалась в семью «корона».
Аркадий, погрузившись в кресло на кухне, размышлял о том, что скоро май, а, каким был апрель, он не заметил.
– Ты показала себя заботливой женой, – произнёс снисходительно, – пойду прогуляюсь.
У него не получалось болеть в постели. Ежедневно спускался на лифте во двор, перешагивал через ленту ограждения на спортивной площадке, не обращая внимания на замечания посторонних, выполнял одно-два упражнения на брусьях или турнике. Возвращался бледный, держась за стену.
– Снова, без перчаток и маски, – огорчалась жена.
– Мне, похоже, больше ничего не грозит.
– Это защитит других людей, – брови её образовывали домик-просьбу.
– Хорошо, хорошо, положу в карман. Если попросят, надену, ты не хочешь составить компанию?
– Нет.
Обычного замедления при ответе не последовало. У Аркадия возникло подозрение, что кроткая овечка чем-то недовольна.
Брови её не изменяли положения.
– Давай вызовем врача, нужно понять, можно ли забирать девочек, и я должна навестить отца.
– Почему нет? Я соскучился по малышкам, и к родителям поезжай.
– Пойми, мы не знаем, опасно ли общение с тобой, являюсь ли я переносчиком болезни.
– Сколько можно говорить, COVID похож на обычный грипп, возможно, я его подхватил, но легко разделался.
– Легко, – как эхо, печально подтвердила женщина.
– Дети его переносят без осложнений, посмотри в интернете сколько случаев их гибели на сто тысяч…
– Дорогой, чтобы жить по статистике, нужно иметь сто тысяч детей, а у нас, только, две милые доченьки, откуда я знаю, не произойдёт ли, именно, с ними несчастный случай.
– Обыкновенная женская блажь. А если случится землетрясение или атомная война? Видишь ли, Лена, я занимаю высокую должность, защитил кандидатскую диссертацию, и, наконец, не был убит, когда служил в армии, потому, и только потому, что ничего никогда не принимал на веру. Должен был убедиться сам. Сейчас на себе испытал: COVID – не страшнее гриппа.
Она смотрела на умного, успешного мужчину, считающего себя интеллигентом, и подумала:
«Наплевать ему на детей, на моего отца, и на всех, кого заразил и ещё заразит».
Долго отмалчивающийся внутренний голос отпечатал, неожиданно, короткое слово:
«Хам».
Лена не позволила ему вырваться наружу, ибо сила противодействия со стороны мужа, вопреки закону Ньютона, значительно превосходила силу действия жены.
Минут через тридцать хлопнула входная дверь. Со вчерашнего дня мужчину беспокоили боли в позвоночнике: потянул спину на турнике. Поморщившись, он встал с кресла, неуверенной походкой двинулся по коридору. На лестничной площадке увидел жену с сумкой – чемоданом, она вызывала лифт.
– Ты куда? – удивился больной.
– Сняла апартаменты, поживу с детьми, пока не закончится твой карантин, оповести меня об этом справкой от врача.
Двери лифта, дрожа и стуча, разъехались, потом захлопнулись, он в первый раз замешкался с ответом, настолько был изумлён.
Вернулся в квартиру, осторожно погрузился в кресло. Вызов с работы отменил. Следовало подумать о главном событии на эту минуту.
«Неужели, козой оказалась его следующая овечка? Не похоже. За девять лет совместной жизни он распознал бы психопатку». Взял телефон, с трудом отыскал в нём жену, потому что вместо привычного улыбающегося личика на фото профиля была разноцветная маска, светлые глаза и тяжёлые волосы цвета песка. Позвонил.