Глава 13
Айлин понимала патрульного, но могла только посочувствовать, порядок действий при трансплантации не подлежал изменению. Да, регенерация занимает длительный период, потому придётся запастись терпением. Сам же потом Пряце «спасибо» скажет.
Целительница подошла к окну, полюбовалась, как густые сумерки опускаются на улицы города. Ей не нравилось добираться до замка по темноте, но передвигаться в сопровождении девушка отказалась. Несколько недель назад у них с Маленом произошёл небольшой конфликт на эту тему. Причина была не в одиноких прогулках целительницы — никто не покусится на лекаря, будучи в здравом уме. Нет, проблема заключалась в нереализованных желаниях, в необходимости держать себя в руках. После поцелуя в библиотеке король соблюдал дистанцию. Целительница искренне радовалась, поощряя решение не сближаться. Они виделись часто, Мален заходил в больничное крыло, побеседовать с лекарями, пообщаться с пострадавшими. Поначалу Айлин отговаривалась делами, сбегала, едва его увидев. Розенкрой же держался в рамках, которые сам установил. Айлин, задавив сожаление, нелогичное разочарование, начала учиться всерьёз. Словно ей действительно предстоит сменить Пряце возле короля. Капризного мужчины, что мог приказать привести целительницу в библиотеку для дружеского общения. Или явиться к ней и мешать, рассказывая что-то интересное о королевстве. Несколько раз они ругались, и Лин видела, как сложно Малену сдерживаться, чтобы не продемонстрировать зарвавшейся девчонке её место. И всё же она преодолевала трудности общения с человеком, который привык подавлять тех, кто слабее. В этот раз они поругались из-за требования короля передвигаться в сопровождении.
«Понимаешь, что твои подданные и так считают меня либо угрозой, либо любовницей! И в том и в другом случае я сильно рискую. Так что убери сторожей, за Пряце же они не таскаются хвостом!», — взорвалась девушка, влетев в королевский кабинет. Да, так делать нельзя никому. Не только из-за статуса, но и опасности, которую несёт его гнев. Однако целительница чувствовала ярость, а не страх. Да, временами она боялась мужчину, ненавидела его. Но чаще просто хотела видеть, слышать, касаться. Неспособность выбросить похитителя из головы дико бесило.
Мален объяснял целительнице, как опасно ходить одной по улицам, но добился только скандала настолько эмоционального, что в первый момент замер от удивления: никто за все годы жизни не смел себя так вести в его присутствие. Второй реакцией стала вспышка ярости, но даже ладонь на горле не убедила Айлин.
«Ты понимаешь, что затеваешь опасные игры? Всё внутри требует убить тебя, но я держусь. Да, под опекой тесно и душно, но кто знает, не бродит ли в темноте заражённый?» — вкрадчиво спросил король, заставляя себя дальше сидеть за столом. Сохраняя иллюзию защиты для неё. Айлин помнила. И хорошо понимала, что Малену даже приближаться не потребуется, чтобы лишить её жизни. Хватит одного движения руки.
«Знаешь, если за мной продолжит ходить королевская стража, то смерть я рассмотрю как вариант бегства от тебя, владыка. Ты выкрал меня, разрушил мир, в котором я была счастлива, и запер здесь. Я могу быть пленницей, но послушной игрушкой в руках психопата не стану. Жаждешь крови? Вперёд! Я в твоей власти. Пока моё сердце не остановится. Так что лучше прекрати, если не хочешь искать нового целителя».
В итоге они договорились, но Мален знал, что лжёт. Оберегать Айлин от страданий, от самого себя стало важным. Вместо развлечения король обзавёлся болезненной привычкой. Отчего-то для него было необходимо знать, что целительница поблизости. Живая и здоровая. Что на его счёт думает девушка, Розенкройц предпочёл не выяснять.
От мыслей Айлин отвлёк стук в двери. Изобразив приветливую улыбку, целительница пригласила позднего посетителя зайти.
— Михаил, рада вас видеть, — солгала, сдержав стон досады. — Что-то случилось?
— Здравствуйте, целитель. Вот, надумал, наконец, прислушаться к совету владыки. Насчёт моих шрамов, — неискренняя радость Айлин стражника не смутила.
«Почему именно сегодня?» — задала себе вопрос целительница, возвращаясь за стол и предлагая пациенту присесть. Мален как-то обмолвился, что советовал Элькеради прийти за консультацией. Видимо, «клиент созрел». Зато домой теперь точно не придётся идти в одиночестве. Михаил обязательно вызовется проводить её.
«Ни за что не поверю, что это не с подачи Малена. Когда он только править своими людьми успевает, если регулярно занят чем-то посторонним? А другая на моём месте, как поступила? Воспользовалась всем, что он может дать, чтобы с комфортом жить в замке?»