В ту ночь тигрица сделала первый шаг. Первый шаг в гору. Первый шаг ценой крови.
Обернувшись полосатая кошка стрелой метнулась к дому Захари. Молодой староста был полон сил и энергии. С его приходом жизнь в деревне улучшилась. Однако самым главным его плюсом было наличие магии.
Увидев взлохмаченную Шииси на своем пороге Захари не понадобилось лишних слов. Дом одиноких женщин стоял ближе всего к выгодной точке нападения.
- Заходи, - жестко произнес он.
- Мне надо к сестрам, - возразила та.
- Шииси, - проникновенно посмотрел на нее тот, взглядом выказывая все ее мысли на берегу и то, что решение уже принято. Осталось ждать последствий.
Метнувшись в дом старосты и дождавшись пока, он укажет ей путь в кабинет, девушка подробно все рассказала. Хотя информации было не столь много. Лишь количество прибывших и их местонахождение.
Прошло около десяти минут, пока оповестили все боеспособное население и отправили весть в столицу, но они были судьбоносными для прибрежных хижин.
Выполнив свой долг Шииси бросилась к себе домой.
Вот только дома уже не было.
Точнее он был. Сооружение стояло на своем месте, но вот его жильцы… они уже никогда не станут прежними.
Прибрежную территорию заполонили крики, звуки сражения. Не обращая ни на кого внимания Шииси раскрыла дверь. Перед юной девушкой предстала самая ужасная картина, которая только возможна.
Мать уже лежала с разодранной ночной рубахой и следами крови на соединении бедер. Взгляд остекленел. Львы, что спрыгнули с ее близняшек увидев новую гостью лишь ехидное посмеялись и вернулись к своему занятию. К стоящей в дверях тигрице же направился совсем юный, но уже столь грешный оборотень. Золото волос было запятнано пылью и кровью, красивый миндалевидный разрез глаз и их глубокий синий цвет портила жестокость, плавающая на их поверхности.
Пухлые губы растянулись в усмешке:
- Иди сюда, маленькая.
А дальше был Ад. Для них.
Сабля отца всегда была запрятана в напольной вазе. Для многих простой элемент декора, для Шииси средство защиты.
Выхватив саблю девушка одним взмахом перерезала горло юнцу. На его лице так и осталось вечное выражение удивления.
Не сразу поняв, что случилось его товарищи оглянулись. Увидев разъяренную тигрицу с окровавленной саблей наперевес, они подскочили и с грозным рыком кинулись на нее.
Несмотря на все тренировки и всю свою ярость, судьбой Шииси было умереть в том неравном бою. Если его таковым можно назвать. Вот только вогнав в одного глупца по самую рукоять саблю и смирившись со Смертью от рук другого, Шииси внезапно обнаружила, что она…Жива.
Третий лев лежал рядом с товарищами. Ему, как и первому, перерезали глотку. Повернувшись Шииси увидела Коула.
- Прости, тигрица. Я опоздал.
В его глазах были боль и сожаление.
Лишь кивнув Шииси обернулась к близняшкам.
Слез не было. Как ни странно, но Шииси будто впала в транс.
Маави, младшая близняшка лежала ничком. Она погибла.
«Ты всегда была слабенькой, моя девочка» - с нежностью подумала Шииси, закрывая той глаза.
Самым страшным было посмотреть на Атэш.
«Мой огонь, мое пламя» - с горечью обернулась к ней Шииси.
Она росла настоящим огнем – гордым и непокорным. Сколько сердец загубила эта неприступная крепость. Если самая младшая брала красотой, то средняя своей независимостью. Покорить такую мечтал каждый. Вот только Атэш превыше всего ставила свою честь. Она была настоящей девушкой Востока.
Посмотрев в потухшие глаза и прочитав в них лишь одну мольбу Шииси протянула руку за спину к Коулу:
- Дай кинжал.
- За?... – но заработав пустой взгляд от тигриц молча выполнил просьбу, больше похожую на приказ.
Оттянув немного сестру от стены Шииси села за ее спиной и оперла ту на себя, не желая видеть ее глаза. Тонкие пальцы повторяли такие привычные еще совсем недавно движения – перебирали локоны и собирали в прическу. Лебединая шея оголилась. Атэш расслабилась в нежных руках сестры, убаюканная ею.
Звуки битвы стали стихать.
Тонкий клинок северянина в руках молодой женщины Востока перерезал горло Атэш.
В ту ночь Коул впервые увидел то, о чем столь много говорили местные жители – женщина Востока не потерпит насилие над собой и скорее отдаст жизнь.
На утро дождь стих. Задалось пламя. Горели погребальные костры.
Горело сердце будущей Владычицы Востока.
Сделав один шаг в гору и уплатив Смерти достойную цену Шииси пошла по своей тропе. Каждый километр давался легче предыдущего, душа черствела и закалялась.
Год – она командир десятка. Два – и вот уже сотни. На третий же… она потеряла всех, но выиграла войну…