Он стал одержим идеей стать бессмертным, искренне веря, что может возродиться в пламени. И вот, после долгих лет исследований, теорий и испытаний, фейриал Великий созвал придворных в количестве более пятисот человек, чтобы они пришли посмотреть, как он умрет и возродится. Он зажег огромный костер из пламени Феникса, а затем встал рядом с ними и вонзил клинок из солнечной стали прямо в собственное сердце. Ну, он действительно умер. А потом он упал обратно в пламя, которое, как он был уверен, снова подарит ему жизнь… и оно сожгло его тело дотла. Оказывается, мертвые Фениксы могут гореть и все такое. Его оплакивали как трагическую потерю во имя науки, но для меня это говорило лишь о том, что он был сумасшедшим и слишком сильно хотел верить в сказки. Даже в мире, где есть магия, и даже если ты крутой Феникс, не существует волшебного лекарства от смерти. Это было отстойно, но жизнь была сукой, и легких путей не бывает, я поняла это на собственном опыте.
Впрочем, до сих пор Палочка Истины вытягивала из моих сокамерников поистине утомительную правду, так что, возможно, магия, которой она обладала, была не так уж преувеличена, несмотря на ее сомнительную историю. Я догадываюсь, что он кое-что понимал, пока не сошел с ума.
— Это просто вернуло меня к тому, что я чувствовала в детстве, понимаете? — сказала Искорка, ее глаза наполнились блестящими слезами, когда она посмотрела миссис Гамбол прямо в глаза.
В комнате было жарко, и Искорка решила обвязать рукава комбинезона вокруг талии, открыв взору всем присутствующим свои красочные татуировки на руках. Я фыркнула от смеха, когда заметила, что на одной из них изображен голый парень с вьющимися светлыми волосами, наклонившийся, пока розовый пегас вводил свой рог ему в задницу, а он сжимал свой твердый член с выражением экстаза на лице. Под ним радужными буквами были написаны слова: Рог возбуждает. И мне стало интересно, что подумал бы Калеб Альтаир, если бы увидел это. И я рассмеялась еще громче, прежде чем смогла остановить себя.
Все взгляды в комнате обратились ко мне, и мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что я явно смеялась над неудачным моментом в рассказе Искорки.
— Что? — спросила я, взглянув на миссис Гамбол.
— Ночное недержание — это совершенно нормальная вещь, которую можно испытать в стрессовой ситуации. И эти занятия должны быть безопасным пространством для наших членов, где они могут свободно говорить о своих переживаниях, — укорила она.
— Искорка мочится в постель? — спросила я, подавляя очередной смех, когда перевела взгляд на Пегаса, о котором шла речь.
— Я рассказывала историю о своем детстве, — огрызнулась она, оскалив зубы. — А не обсуждала, как я мочусь в постель сейчас.
— А ты уже собиралась это обсуждать? — спросила я, приподняв брови и менее чем незаметно бросив взгляд на ее промежность, чтобы проверить, нет ли мокрых пятен. — Потому что я не хотела мешать.
— Это было один раз! — крикнула Искорка, топнув ногой, а затем задыхаясь от ужаса из-за сказанного, и прикрывая рот рукой, когда я разразилась хохотом вместе с половиной остальных членов группы.
— О боже, это ужаааасно, — пробормотала миссис Гамбол.
Искорка посмотрела на Палочку Истины в своей руке и с яростным криком запустила ею в меня. Я успела поймать ее, несмотря на слезы, катившиеся по щекам, и почти не заметила, как Искорка бросилась на меня с опущенной головой, а я снова разразилась хохотом.
Я вскочила на ноги, но за мгновение до того, как она успела столкнуться со мной, в центр круга влетел Кейн, схватил Искорку за воротник и оттащил ее в сторону.
— Тебе нужен тайм-аут, Тридцать Два, — прорычал он, когда она заскулила в знак протеста, пытаясь схватить меня, а я усмехнулась и вывернулась из ее рук. Кейн потащил ее к двери и передал офицеру Николсу, стоявшему снаружи.
— Отведи ее обратно в камеру и убедитесь, что матрас на ее кровати накрыт полиэтиленовой пленкой.
Искорка начала выкрикивать обещания смерти, и я рухнула обратно в кресло, нелепая Палочка Истины свободно болталась у меня в руках, а ее разноцветные ленточки струились по моей ноге.
— Не знаю, почему ты выглядишь такой счастливой, Двенадцать, — громко сказал Кейн, заставив остальных успокоиться, когда он смерил меня взглядом, но я могу поклясться, что на полсекунды он выглядел позабавленным.
— Потому что, похоже, теперь твоя очередь с этой палочкой.
Вместо того чтобы вернуться на свое место в углу, Кейн занял место Искорки прямо напротив меня и впился в меня взглядом, который говорил: Попалась. Но на хрен это. Я не позволю какой-то чертовой палке вырвать правду из моего рта, хотя уже начала подозревать, кто именно нашел этот магический артефакт для использования миссис Гамбол. Мудак.