— А что, если кого-то из нас задержат охранники? — спросил Бретт, и я пожала плечами.
— Не моя проблема. Всех, кто не придет, оставим. Единственные, без кого мы не уйдем, — это я, Син и Роари.
— Что делает вас троих такими особенными? — насмешливо спросил Густард, и я закатила глаза.
— Джером не поможет запереть охранников и заблокировать исходящие звонки в ФБР, если мы не вытащим для него Сина. Данте не разрушит забор, если не увидит нас с Роари. А это последний барьер. Внешний забор смертельно опасен при соприкосновении и уходит под землю, окружая всю тюрьму куполом. Единственные ворота слишком хорошо охраняются, чтобы мы могли попытаться сбежать через них, так что вместо этого у нас есть Штормовой Дракон, чтобы поджарить забор.
— А что, если он не сможет? — произнес нараспев Густард. — Что, если мы доберемся до забора и обнаружим, что он не может его разрушить?
— Если ты сомневаешься в силе моего кузена, то не стесняйся остаться позади, stronzo, — промурлыкала я. — Я действительно не возражаю, если ты так поступишь.
— Что мы будем делать, когда забор будет снесен? — спросил Сонни, его глаза блестели от возбуждения.
— Сдвинемся и побежим, — сказала я с ухмылкой. — Нам нужно отойти примерно на милю, чтобы Данте мог безопасно приземлиться, и он будет ждать нас там со звездной пылью. Он доставит нас в другое место, и в этот момент я пожелаю вам всем добра и навсегда исчезну из вашей жизни.
— Мы будем сами по себе? — нервно спросила Эсме.
— Так безопаснее, — сказала я мягким голосом. — Но если ты отправишься в Алестрию и найдешь Оскура, я уверена, что однажды мы найдем дорогу друг к другу. Но пока я собираюсь отправиться с кузеном, Сином и Роари. — Я перевела взгляд на Итана, и он нахмурил брови, но, как ни удивительно, ничего не сказал в знак протеста.
— Ты собираешься сказать нам, где находится эта вторая локация? — раздраженно спросил Густард. — Не у каждого из нас есть Орден, превращающийся в существо, способное бежать на большие расстояния.
— Ну, это не моя проблема, — ответила я, пожав плечами. — Я обещала вытащить тебя, а не тащить твою одноглазую задницу обратно в дом твоей мамочки. Уверена, ты сам разберешься.
Он зыркнул на меня, но я проигнорировала его. У меня не было намерения заводить его так далеко. А всем остальным я собиралась рассказать, где именно находится вторая локация, в частном порядке, чтобы они могли организовать встречу с людьми. Пудинг уже сделал достаточно передатчиков, чтобы они могли звонить и договариваться о встрече, не опасаясь, что охранники прослушают их.
— Ладно, мы потеряли достаточно времени, так что возвращайтесь к работе, — приказала я, поднимаясь на ноги и заставляя Сина отпустить меня.
Я наблюдала за тем, как Густард, как и подобает ленивому bastardo, уходит, чтобы занять место часового у двери, а Син последовал за Планжером в туннель, пока остальные члены группы продолжали ремонтные работы для нашего прикрытия.
Итан отправился за коробками с книгами, и я поспешила за ним, поймав его за руку и оттащив подальше от остальных к стопкам. Нам нужно было разобраться с дерьмом, и я устала ждать, пока он переборет свои страхи.
— Ты что, трахаешься с Инкубом? — прорычал он, пока я тащила его за собой, и я насмешливо фыркнула, прежде чем снова повернуться к нему.
— У тебя все еще есть эта фальшивка пара, которая спит в твоей камере? — бросила я в ответ.
Итан разочарованно захрипел, и я раздраженно зарычала, прежде чем толкнуть его обратно к одной из полок.
— Скажи мне, красавчик, ты рад, что Луна выбрала меня для тебя? Или ты хочешь, чтобы я попыталась разорвать эту связь между нами? — спросила я с убийственным мурлыканьем, не выдавая ни капли своих чувств по этому поводу.
— Я хочу тебя, — мгновенно прорычал он, в его тоне не было и намека на колебания. Я не хотела признавать, как охренительно приятно было слышать, что он сказал это так просто, так честно, но, черт, думаю, если бы он сказал мне, что хочет, чтобы я разорвала связь, я бы просто развалилась на части из-за этого.
— Хорошо. Тогда ты хочешь отправиться со мной, когда я вернусь к своей семье?
Итан вздрогнул, словно эта мысль причинила ему физическую боль.