— Кушай больше. — Криво улыбнулся Зотов, усаживаясь напротив.
— Тебе нравятся пышки? Потому и откармливаешь, верно? — Неудачно пошутила Соня. И так тёмные зрачки Альфы потемнели сильнее и увеличились в размерах.
— Мне нравишься ты. Но рано или поздно тебе конечно же придётся поднажать на съестное и отказаться от своей диеты. — Сообщил он, перестав разглядывать. Соня заметила с каким трудом Матвей оторвал от неё взгляд и принялся расправляться с омлетом.
— Почему? Наша еда вроде бы не сильно отличается от вашей. Ну-у-у мне так показалось. — Осторожно поинтересовалась девушка. Может, за закрытыми дверьми они едят что-то иное? Ничего такого она не наблюдала в стае Грега. Почти люди. Почти…
— Однажды ты округлишься в области живота. Нет шансов не забеременеть от Альфы. И я прослежу, чтобы моя Луна не голодала. — Сказал он совсем не то, чего ожидала Соня.
Девушка поперхнулась от осознания реальности ближайшего будущего. Оборотень говорил мечтательно. Он хочет детей. Волчат. От неё. Матвей тут же подал стакан воды и погладил по спинке, дожидаясь, когда девушка откашляется.
Соня не планировала даже в отношения вступать, а тут разговор о беременности, о семье. Станет ли она для него настоящей женой или инкубатором его потомства? Внезапно сделалось зябко от мысли, что он может просто использовать её в своих целях. Альфе нужны наследники, рожай дорогая, и ни в чём себе не отказывай!
— Сонь? — Обеспокоенно прозвучало над ухом.
— А?
— Ты в порядке? Чего так удивилась? Не знала, что дети от любви родятся? Не бойся, они людьми на свет появляются. Первый оборот случается в подростковом возрасте. Иногда чуть раньше. А до этого обычный ребёнок. От человеческого не отличишь. — Рассказывал Матвей, а девушка нервно сглотнула.
— Рано о том говорить. — Отрезала она, хмурясь и чувствуя как волосы шевелятся на затылке, от горячего дыхания оборотня.
— Как скажешь. — Сдержанно и хрипло произнёс он. Оба замолчали. Звон приборов казался слишком громким, атмосфера слишком напряжённой.
Соня не очень понимала, что дальше. Похоже, Альфа возлагает большие надежды на их союз, а вот она не уверена, что это хороший вариант. Пусть от его поцелуев подгибаются ноги и плывёт разум, а взгляд плавит её как мороженое, но разве этого достаточно, чтобы быть вместе?
Она благодарна Зотову за многое. Но расплата слишком велика. Её свобода и жизнь. Раз и навсегда вверить их оборотню — пугающе. Если он ошибается и где-то бродит по свету его настоящая Луна, а Соня лишь временная замена? Нет, Мышкина не чувствовала той связи, о которой вещали в стае. Если бы так, возможно, она бы не сомневалась.
После завтрака Матвей велел собираться. Ей и брать-то с собой нечего, кроме рюкзачка. Вот и все её пожитки. Никаких чемоданов и кучи любимых вещей. Самое необходимое умещалось в потёртый рюкзак. Соня купила его три года назад на деньги волков. С сумкой наперевес она смотрелась бы нелепо при своей хромоте. Потому выбор и пал на него. Уже тогда Мышкина знала, что не задержится в стае дольше, чем того требуется и думала наперёд.
— Пойдём. — Протянул ей руку мужчина и помешкав, она всё же вложила свою. Знала, опять потащит как кошку, если откажет. Он очень явно выказывал, как нуждается в прикосновениях к ней.
Рюкзак у девушки моментально отобрали. Нелепо он болтался на мужском плече. Как и она сама рядом с таким видным мужчиной. Оборотнем, да ещё вожаком. И отъезд стал не чем-то эфемерным, а вполне реальным. Они шли к выезду. Соня помнила как попала к чёрным. Вот ворота, а за ними свобода, о которой мечтала и ту отняли. Плата за жизнь, за возможность дышать. Есть лишь один шанс избежать нового плена. Побег.