Я куда-то уходила. А Мистер Ж был в моей комнате. Я вернулась, он спросил меня, чьи черные волосы у меня в кровати? Я и не думала, что всё настолько плохо. Обидеть его или добить я не хотела. Сказала, что он всё выдумывает.
Уходя, Мистер Ж сказал, что всё это скоро кончится, и я вернусь в родительский дом. Но я уже не собиралась возвращаться домой. Моя сестра жила в одном городе с Мистером З, и я давно договорилась с ней, что около года буду жить у неё. Мистер Ж и не думал, насколько я уже далека от него. И как давно.
Доверия к Ж не было с того самого дня. А потом всё просто рвалось с каждым днём больше и больше. Последняя ниточка была в ту самую минуту, когда он приехал с цветами. Но я его даже не обняла. Мой Мистер Ж….
Конечно, новость о том, что у меня стоит огромный букет белых роз, на работе разлетелась очень быстро. Мистер З пришёл ко мне сам. И сказал, чтобы я очень хорошо подумала о Мистере Ж. А я уже думать не могла ни о ком, кроме моего здоровяка.
На следующий день я взяла выходной и поехала по магазинам. Чем я была окрылена, не помню, но я купила белоснежный костюм: коротенькую пышную юбочку, топик без лямок и белоснежные туфли на каблуках. Я чувствовала себя невестой. Только жених об этом не знал.
В тот вечер я была белоснежно красивая, а Мистер З схватил сумку и уехал домой на пару дней. Он действительно хотел, чтобы я хорошо подумала о принятом решении расстаться с Мистером Ж. Но я считала, что З просто издевается надо мной. И боится. Уже тогда я стала замечать, что он боится своих чувств ко мне, боится привязаться. И в наших дальнейших отношениях эти чувства его преследовали.
Подходил к концу третий месяц моей работы, и я уехала. Сначала домой к родителям.
Приближался мой день рождения, моё восемнадцатилетие. Деньги я заработала, и могла позволить отмечать праздник с друзьями в кафе. Так и было. Мистера З я тоже позвала. Но он не приехал. Пообещал, но не приехал. Мои восемнадцать лет.
Позже я переехала к сестре. Мы не виделись недели две с Мистером З. Я выжидала момент. Я хотела ему позвонить и обрадовать. Так я думала. В один из вечеров я позвонила, сообщила, что живу в городе. Он не поверил. Мы договорились встретиться. Я взяла такси, бутылку водки (он попросил) и поехала по указанному им адресу. Это был дом его друга. Они там уже выпивали, а я привезла добавки. Рад ли он был мне? Конечно. Но он был очень сдержан на искренность. Совсем сдержан. Пытался показать, что его во мне интересует только секс. Напомню, я не пышногрудая блондинка. Я совсем невысокого роста, и грудь в мои восемнадцать лет не была даже полным первым размером. Я осталась ночевать с ним. Был ли секс? Был. Даже больше вам скажу: анальный секс. Так как из меня ручьём бежали месячные.
Анальный секс. Как это? Никак! Если у вашего партнера нет проблем с большим размером. Размера не было. А в моем организме был алкоголь. Поэтому ощущения были малоприятные, но вполне терпимые. Главное: хорошо смазать член. И без шуток. «Резинка», конечно, тоже была. Так продолжились наши отношения.
***
Ничего хорошего в первые три месяца наших отношений не было. Он много пил, курил, мало работал, постоянно искал причины, чтобы расстаться со мной, не доверял мне после истории с Мистером Ж. Обижал меня морально. Ревновал дико. Но потом всё изменилось. То ли он сдался, то ли увидел, что моему ангельскому терпению приходит конец. Но всё изменилось.
Приближался новый год. Он за месяц до этого устроился на работу, на хорошую работу. В подарок от него я получила золотую цепь с алмазной огранкой и огромных букет красных роз. Кроме родителей, золото мне никто не дарил. Это был взрослый подарок от З. Подарок для меня.
Через месяц он снял нам квартиру, и мы переехали. Мы начали жить вместе. Мои первые отношения, переросшие в совместное проживание. С ним я цвела и порхала. Набрала вес, килограммов пять, и была прямо сочная. Но при этом с внутренней легкостью. Мы даже завели кошку. Я просила маленького белого котенка, а он привёз полугодовалую черную кошку.
Было ли всё хорошо? Только в первые два месяца. Потом начались проблемы. У него — проблемы на работе, отсутствие зарплаты, долги за съём жилья. Он срывался, срывался на мне. Мы ругались. Я плакала. Очень много. Прямо истерики. Соседи часто стучали нам в стены. В слезах я часто звала маму. Ложилась на кровать, плакала и звала маму. Я была ребёнком. Ребёнком, который по собственной воле превратил свою жизнь в восемнадцать лет в жизнь с мужчиной. Двадцать два года было ему. Мне, казалось, что это большая разница в возрасте. Тогда казалось так.