— Какого продолжения? А! Конечно, не будет. Но завтрак я тебе приготовлю. Кстати, надо купить продукты. Ты что любишь на завтрак?
Утром после завтрака пошли на пляж. Елена предложила купить Артуру головной убор, но он отказался.
— Сроду шапки не носил, они мне не идут. А в панаме я вообще похож на гриб-боровик.
В первый день на пляже Елена обгорела.
Второй день решили посвятить экскурсиям, а третий — пляжным развлечениям: катанием на банане и прочее. Артур уговорил Елену на один аттракцион, уверяя, что она будет от него в полном восторге и век не забудет. Лена искренне думала, что они на нём будут вместе, но Артур пристегнул её к параплану и отправил в небо.
Спустилась на землю Елена разъярённой львицей.
— Ну ты козёл, Артур. А сам почему не пошёл?
— Вдвоём дорого, — скромно ответил Артур.
— Ты мои деньги считаешь?
— Да, я твой казначей, тружусь за еду. Ленусик, ты же хотела посмотреть на море. Вот ты и посмотрела с высоты птичьего полёта.
— Да?! Да я там чуть … Ну ты гад, Артур.
Лена помолчала, улыбнулась и произнесла:
— Действительно незабываемо.
— Рад, что тебе понравилось.
— Понравилось?! Ещё один такой прикол и … Я не знаю, что с тобой сделаю.
На четвёртый день к Елене попытались пристать трое местных мачо, но она их отшила. Ей не понравился голодный плотоядный блеск их глаз. Они разглядывали Лену так откровенно, что ей стало не по себе. И вечером недалеко от дома они их встретили, всех троих.
— О! Самая прекрасная девушка на пляже, — сказал один.
— На всём побережье, — добавил другой.
— Брось ты своего ушлёпка, — предложил третий. — Ты достойна большего.
— Мальчики, давайте не напрягать обстановку, — миролюбиво предложила Елена, — идите своей дорогой, а мы пойдём своей.
— Идём, красавица, и ты с нами, твой ушлёпок ведь не против.
— Я не ушлёпок, — мрачно возразил Артур, — и я против.
— А кто тебя спрашивает? — спросил первый мачо. — Иди домой, ушлёпок. Эту девушку мы развлекать будем.
И он нагло усмехнулся Артуру в лицо, за что тут же получил удар ногой в кость чуть ниже коленной чашечки. Мачо схватился за ногу, упал и закричал от боли. На Артура с рыком и матом набросились его товарищи. Лена пронзительно завизжала. Артур уворачивался от сыпавшихся на него ударов и сам старался бить, но сила, численность и умение драться были не на его стороне.
Полиция подъехала внезапно быстро, видно, что кто вызвал. Нападавшие поспешили удалиться, неся на руках своего стонущего собрата.
— Что здесь произошло? — спросил старший наряда полиции.
— Хулиганы напали, — ответил Артур.
— Заявление писать будем?
— Нет.
— Всего доброго.
Полицейские уехали, Артур и Лена остались вдвоём. Елена критически осмотрела своего спутника. На нём живого места не было: рубашка разорвана, губы разбиты, нос опух, левое ухо оттопырено и красное, синяк под глазом, который, в свою очередь, очень сильно заплыл.
— Зачем ты полез, Артур? Ты же драться не умеешь?
Артур сверкнул единственным глазом.
— А что мне надо было делать?
— Да это я так. Ты молодец, Артур, я горжусь тобой. Пойдём домой, буду врачевать твои раны. Ухо-то у тебя какое.
— Только не смейся.
— Над героем, над моим рыцарем? Никогда!
Артур улыбнулся разбитым ртом и продекламировал:
И я готов себя, как вещь, отдать
За счастие твоё и даже за улыбку,
И молнию в полёте удержать,
Безумство не сочтя ошибкой.
Лена улыбнулась.
— И, всё-таки, ты не Сирано, Артурчик. У тебя нос курносый, а у Сирано был огромный.
— Ленусик не придирайся к мелочам, мне и так больно.
— И Сирано был лучший фехтовальщик Франции, что про тебя, Артурчик, не скажешь.
— Обидеть норовишь?
— Ты дрался как лев.
Дома Лена заставила Артура сходить помыться, уложила на свою постель и хлопотала над ним, делая примочки, накладывала йодные сетки и смазывала больные места мазью и зелёнкой.
А потом наступила волшебная ночь для Артура, впрочем, и для Лены тоже. Следующий день они провели вместе, никуда не выходя из дома.
И полетели дни один лучше другого, Артур такими глазами смотрел на Лену, что приводил её в трепет. Они были счастливы.
Артур сорил деньгами Елены, как будто это были его деньги. А ей было всё равно: за счастье надо платить, и она платила деньгами, это же лучше, чем слезами и тоской.
И вот настал последний день. У Артура билет в Москву на вечерний поезд.
Утром в постели Елена положила на грудь Артура ладони и упёрлась в них подбородком.
— Артурчик, женись на мне.
— Ленусик, разве я давал повод?
— А разве нет? Будем работать, выплатим твой долг. Что тебе эта Москва? В Екатеринбурге тоже можно жить.